А Бережнов, не зная точного местонахождения отряда Алексея Сонина, повел отряд именно туда, откуда выходил Сонин. И вот произошла полная комизма и трагизма встреча на перевале. Сонин по своей оплошке не послал дозорных вперед. Ни Сонин, ни его разведчики не ожидали такой встречи. Просто шли скопом, шумно переговаривались, смеялись, радовались, что скоро будут дома, среди своих. Да и Бережнов тоже прохлопал ушами. Отряды столкнулись нос в нос. От неожиданности все замерли. Никто не схватился за винтовку, никто не попытался начать бой. Одни шли домой с улыбкой на губах, другие удрученные и понурые. Встали кони, встали люди. Кони потянулись мордами друг к другу. Им враждовать не с чего. А люди… Да и людям, если хорошо разобраться, тоже враждовать не стоило бы. Но…

Бережнов и Коваль, что шли впереди отряда, топтались на месте. Коваль было схватился за маузер, но его выбил из руки Бережнов, мирно оказал Сонину:

– Иди, сват, посидим рядком да поговорим ладком.

– Можно и поговорить. Да и подумать бы тебе не мешало: то мы друзья, то враги…

– Сказ не об этом. Ты уж там за нашими присмотри, чтобы изгала над ними не было. Ладно?

– Да уж ладно. Будто вы над нашими изгалялись, с чего же мы будем?

– Да всякое может быть…

– И какой черт нас несет в тайгу-то? – прозвучал чей-то бас.

– Это надо командиров спросить! – раздался звонкий голос.

– Баста! Бережнов и Коваль затевают смуту, а мы корми себя гнусу. Зачем? Супротив кого идем? Супротив своего же народа. Вона, мой брательник Никишка, он с Сониным, вона мой племяш Алёшка – тожить с ним, а я что, обсевок? Прощевай, господин главнокомандующий! Робя, у кого есть голова на плечах, тот пошли до дому. Будя нам жить в бегах. Я не знаю, чья возьмет, но одно скажу, что дела наши неправедны, потому как анархизма мне непонятственна. Ежели она понятственная командерам, то пусть они ее и защищают. Ходи, кто хочет мирно жить с нами, – орал сивобородый мужик.

И дружина Бережнова, которую он растил и пестовал годами, нередко подкармливая, кому было туго, враз распалась. Большая часть откатилась налево, остальные остались справа. Тут-то и схватились люди за винтовки. Мирного разговора не получилось. Но и выстрелов не было слышно, люди расходились, пятясь задом друг от друга, кто-то запинался за валежины, падал, снова вставал, пятился. Неожиданно и непонятно почему дал залп кто-то из двадцати, пришедших с Кузнецовым, которого ждал за перевалом с отрядом Юханька. Несколько человек со стоном упали, покатились, орошая чистую зелень и цветы кровью. Дали ответный залп и сонинцы. Там тоже стон и крики. Разбежались.

С обеих сторон по пять человек убитых и до десятка раненых. Убитыми оказались бывшие бережновцы. Враз вражда разделила людей, и будет она теперь до последнего издыхания. Да и братья, и сестры будут мстить за убитых.

14