Читаем Раскол Церкви полностью

Облака, набежавшие накануне вечером, превратились в сплошную темно-серую облачность. Дождь хлестал с мокрых угольно-черных небес, барабаня по крыше дворца Теллесберг, стекая по водосточным желобам и трубам, журча в дренажных каналах вдоль столичных дорог. Торговля в Теллесберге, конечно, никогда не прекращалась. Даже во время недавней войны против "кошачьих лап" храмовой четверки чисто местное судоходство в заливе Хауэлл обеспечивало перемещение значительного количества грузов и загруженность судов, которые их перевозили. Теперь, когда океаны всего мира снова были открыты для чарисийских галеонов, активность на набережной вернулась к своему обычному лихорадочному уровню. Даже когда лил дождь, сверкали молнии и гремел гром, продолжали двигаться тяжелые грузовые фургоны - в большинстве своем запряженные драконами, хотя кое-где по маленьким и узким улочкам двигались повозки поменьше, запряженные лошадьми или мулами.

Князь Нарман был впечатлен. Когда он стоял у открытого окна небольшого частного зала совета, глядя на дождь, он увидел наглядное свидетельство процветания и трудолюбия, которые сделали королевство Чарис гораздо более опасным врагом, чем можно было предположить из простой численности его населения.

Дверь позади него открылась, и он отвернулся от окна, когда в комнату вошел Бинжэймин Рейс, барон Уэйв-Тандер.

- Ваше высочество, - с поклоном произнес королевский - нет, поправил себя Нарман, старший имперский шпион Кайлеба.

- Милорд, - ответил Нарман с чем-то гораздо более похожим на кивок, чем на поклон.

- Во-первых, я хотел бы поблагодарить вас за то, что вы нашли время встретиться со мной, - продолжил Уэйв-Тандер, когда они вдвоем подошли к небольшому, но прекрасно отполированному столу для совещаний в центре зала.

- Подозреваю, что его величество, вероятно, настоял бы, если бы я оказался несговорчивым, милорд, - усмехнулся Нарман. - Я хорошо знаком с процессом... "разбора полетов", как, кажется, называет это барон Шэндир. И, справедливости ради, его величество был довольно вежлив, "предложив" мне присесть для короткой беседы с вами. Очевидно, если есть что-то, что я могу вам сказать, я к услугам его величества и к вашим услугам.

- На самом деле, ваше высочество, - сказал Уэйв-Тандер, дождавшись, пока Нарман сядет, а затем устроился в своем кресле на противоположной стороне стола, - вас может удивить действительная цель нашей "короткой беседы". Честно говоря, его величество - и я - меньше интересуемся информацией, которой вы можете обладать, чем дополнительные возможности, которые вы можете предложить для нашего анализа информации, которой мы уже располагаем.

- В самом деле? - Нарман поднял обе брови, и настала очередь Уэйв-Тандера усмехнуться.

- Действительно, - подтвердил он, в то время как новый, более близкий раскат грома прогремел над головой. - На самом деле, если быть предельно откровенным, ваше высочество, одна из второстепенных целей этой встречи - ознакомить вас с разведывательными возможностями, которыми мы уже обладаем.

- А, понимаю. - Нарман тонко улыбнулся. - Полагаю, как острое напоминание о способности Кэйлеба... контролировать мою собственную деятельность.

- В какой-то степени, - невозмутимо согласился Уэйв-Тандер, и его собственная улыбка была немного шире, чем у Нармана. - Надеюсь, вы не будете возражать, если я скажу, что, несмотря на несколько моих первоначальных оговорок, это своего рода облегчение - иметь возможность обсудить это с кем-то, кто понимает, как это делается, ваше высочество.

- Я приму это как комплимент, милорд - по крайней мере, временно.

- Хотите верьте, хотите нет, но именно так все и было задумано.

Барон открыл портфель, который принес с собой, и извлек довольно толстую стопку папок. Он положил их на стол перед собой, затем склонил голову набок, глядя на Нармана.

- Понимаю, что барону Шэндиру не очень повезло с восстановлением ваших собственных шпионских сетей здесь, в Чарисе, ваше высочество, - сказал он. - Я также знаю, что вы были довольно терпеливы с ним, несмотря на ваше собственное очевидное разочарование, и что за пределами Чариса его операции продолжались с их обычным высоким уровнем успеха.

Брови Нармана снова поползли вверх от откровенности, прозвучавшей в спокойном голосе Уэйв-Тандера. Барон увидел выражение его лица и покачал лысой головой.

- Есть причина, по которой он так неудачно выступил здесь, в Чарисе, и это не имеет ничего общего с его компетентностью или тем, как сильно он старался. Как вы сами знаете, ваше высочество, единственный способ по-настоящему сохранить тайну - это никому о ней не рассказывать. Я полагаю, что это практика, с которой вы хорошо знакомы, так же как вы знаете, что иногда это может расстраивать ваших подчиненных. Например, несколько месяцев назад граф Пайн-Холлоу был весьма удивлен, узнав, что вы уже общались с первым советником короля Горджи.

На этот раз брови Нармана внезапно опустились, и он нахмурился.