Читаем Путёвка полностью

Лодки давали по субботам и воскресеньям под паспорт, и в эти дни в половине пятого утра на причале собирались любители рыбной ловли из отдыхающих, дожидаясь, когда придет дежурный, откроет ангар, где находились лодки и весла.

Ангар подымался над морем метров на десять, напротив железнодорожного моста, и Анна Павловна, перейдя ручей, всегда останавливалась на причале возле решетчатого металлического барьера посмотреть, как спускают на воду лодки. Их опускали лебедкой, лебедка выдвигалась по балкам из ангара, а с нею — лодка, поставленная в четырехугольную железную раму. Рыбак уже сидел в лодке — с веслами, припасами, удочками, одной рукой держась на борт, другой — за теплую цепь лебедки, глядя и верх — лицо рыбака в этот момент было напряжено. Трос разматывался, рама касалась воды, погружалась наполовину в воду, рыбак, отталкиваясь руками, выводил лодку из рамы, устанавливал весла, разворачивал лодку и гнал к дальним буям, где разрешалось рыбачить. Под вечер лодки возвращались, рыбаки сходили на землю, еще более загорелые, довольные, со связкой рыбы в руках — бычков или скумбрии. Редко, но кое-кто и из женщин брал лодку, чтобы с полчасика «для развития костей» погрести неподалеку от берега.

В обычные дни ранним утром на пляже пустынно. Песок был сырым и тяжелым на вид, топчаны мокрые от росы, не освещенная солнцем вода темна. Можно было посидеть одной, глядя на море. В шесть приходила уборщица, открывала чулан, брала ведро, тряпку, начинала уборку, выметая из-под топчанов окурки, доставая порожние бутылки — следы вечерней смены. Бутылки составляли ежедневный доход уборщицы, всякий раз их набиралось десятка полтора, больше, меньше: водочные, коньячные, из-под сухого и крепленого вина. Уборщица сначала обходила владения, складывала бутылки в брезентовую сумку, уносила ее в чулан, потом начинала мести метлой. Один раз, опередив уборщицу, в зону санаторного пляжа пришла старушка небольшого роста, сухонькая, сгорбленная, из тех, что всюду высматривают, выискивают брошенную посуду. Обычно старушка эта, было замечено Липой Павловной, промышляла на соседних «диких» пляжах, но сегодня ей, видно, не повезло: не было бутылок или кто-то собрать успел раньше, только сюда она явились с порожним мешком. Старушка быстро обошла топчаны, опуская на дно мешка найденное, поглядывая в обе стороны, не видать ли уборщицы, замешкалась немного и едва не столкнулась с «хозяйкой» зоны, Старушка вскинула мешок на спину — бутылки брякнули — и побежала, за ней — метла наотмашь, с руганью — уборщица. И стала настигать, и собиралась уже — Анна Павловна даже закричать хотела — вскинутой метлой огреть воровку, но старушка наддала, проворство в ней оказалось, и сопящая, расплывшаяся уборщица отстала. Раздувая ноздри, хрипло ругаясь, она шла обратно, держа в полусогнутой руке метлу прутьями кверху, и долго еще гремела ведром, заглядывая под топчаны.

Анна Павловна расстроилась. Возвращаясь после купания и днем она все думала о людях: как по-разному живут они, всяк своей жизнью, и что заставляет этих, например, женщин, одну — собирать бутылки на берегу, другую — бежать с угрозами и руганью, чтобы отнять их. В молодости, поди, и не помышляли о подобном.

Но такое при Анне Павловне случилось единожды. Обычно на пляже было спокойно. Уборщица, сделав свою работу, уходила. Анна Павловна раздевалась, складывала вещи на топчан, оставшись в купальнике и тапках, побегав на месте, начинала делать гимнастику, которую никогда в своей жизни не делала и которой научилась здесь. Не просто гимнастику для бодрости, а чтобы сбросить вес. Все нашли, что Анна Павловна толста до неприличия. «Полнота — совсем иное. Удивительно, как сердце ваше выдерживает такой вес. Не жалуетесь? Странно».

— Ну что вы, милая, — оглядев Липу Павловну, заметила дама с чубом. Она постоянно лежала на топчане, курила, читала газеты. — Как вы можете жить с мм... такой фигурой. Удивляюсь. Вы же не будете иметь никакого успеха. (Позже несколько Анна Павловна поняла смысл ее слов.) Мой вам совет: меньше еды, больше движения. Бегать и бегать. Милая, в вас же центнер! Откуда вы?..

Об этом в первый же день сказала и Тамара Ивановна — лечащий врач.

— Вам необходимо похудеть. Находитесь в постоянном движении. Гуляйте, бегайте, купайтесь. Ежедневная гимнастика, ежедневный душ. Диета. Сбросить хотя бы десять килограммов, это вас спасет. Желаю всяческого успеха.

Дома Анна Павловна никогда не задумывалась о подобных пустяках — прилично или неприлично иметь такую, как у нее, фигуру. Понятно, если уж слишком толста женщина, — нехорошо. Но о себе этого она сказать не могла — все на своем месте. Худых не любила. «Наша краса в полноте, — говаривала Анна Павловна. — Да что ж она за баба, если ничего нет? Хоть со спины глянь, хоть сбоку...»