Читаем Путь Черной молнии 2 полностью

Вдруг со стороны свободы, за невысоким забором, откуда не возьмись, появилась девушка со светло-русыми волосами. Она помахала рукой, предупреждая человека на крыше, чтобы заключенные были готовы принять грев. Александр отчетливо разглядел ее фигуру и черты лица, она показалась ему очень симпатичной. С часовым угловой вышки заключили договоренность, чтобы во время перекида, он прогуливался по тропе нарядов и отошел, как можно дальше от вышки. Естественно Волков заплатил за его безучастие. Наконец раздался предупредительный свист, и полетели небольшие пакеты. Бросали четверо парней, да так далеко, что приходилось бегать вдоль цеха и собирать пакеты по всей территорией столярного цеха. Когда парни закончили бросать грев, Воробьев осмотрелся вокруг и, убедившись, что все разбежались, громко обратился к девушке:

– Красавица, можешь подождать пять минут?

– Зачем? – ответила она вопросом на вопрос звонким, приятным голосом

– Я тебе пару строчек черкану.

Девушка согласно кивнула и отошла от забора.

Александр, пулей спустился с крыши, влетел в ворота цеха и, забежав в каптерку, принялся писать. Начертал пол-листа, предлагая девушке заочное знакомство, и в конце приписал свой адрес. Сложил записку вчетверо и, сунув в кармашек самодельного фартука, сшитого в швейном цехе по заказу, с трепетом в груди проделал обратный путь. Александр свистнул и запустил сверток на свободу. К забору подскочили парни и, подняв пакет, передали девушке. На прощание она приветливо махнула рукой и направилась к девятиэтажному зданию, расположенному недалеко от зоны.

Прошло три дня. Александр, не особо веря, что девушка ему ответит, уже перестал думать о мимолетной встрече. Завхоз, раздавая письма, протянул Воробьеву два конверта: одно письмо было от мамы, а другое, непонятно от кого, в поле обратного адресата стоял прочерк. Но достав письмо, Александр мило улыбнулся. «Ответила все-таки. Подписалась Аленой, и адрес даже оставила! Ну, теперь не спугнуть бы ее какой-нибудь несуразицей» – и пошел в свой проход между шконками, писать ответ.

Буквально через два дня он снова получил письмо от Алены. Вот так началось их увлекательное заочное знакомство, сопровождающееся десятками писем.

Заметив, что Воробьев стал получать много писем, некоторые зэки догадались, что у Александра появилась девушка. По этому поводу он получил несколько язвительных и недоверчивых замечаний от бригадников, к примеру: заочное знакомство недолговечно, а если ему суждено развиваться дальше, то женщины на свободе не в состоянии ждать своих мужчин, потому как природа берет свое. Но когда разгорелась дискуссия на эту тему, нашлось немало сторонников заочной дружбы. Волков поддержал Воробьева, отстаивая обоюдную точку зрения.

– Если кто-то из вас сомневается, что заочница – это бесполезное времяпровождение, тот и никогда не узнает настоящей, романтической любви.

Знакомые Волкова захихикали и с сарказмом заметили:

– Опять Волоху потянуло на житейскую философию.

Но, чтобы дослушать Волкова, некоторые соседи по койкам зашумели на мужиков, мешающих дальше развивать сокровенные мысли о любви.

– Любовь накрывает, как волна. Сердце рвет на части. Спасения нет и только нежные, и ласковые слова действуют, как бальзам на душу, излечивая этот недуг. Мы отдаем себя без остатка, так как верим, что заочница, поступает также. Тоскуем, переживаем, а порой даже крышу срывает, но получая письма, радуемся и чувствуем себя счастливее всех на свете.

Трудно было не согласиться с его словами, а особенно тем, кто уже испытал в своей жизни подобное явление.

– Я как-то по молодости сидел в Краслаге, – продолжал Волков, – и заочно познакомился с одной женщиной, а жила она тогда в Томске. Запала она мне в душу, захотелось чего-то нового, светлого в жизни, а не серых тюремных будней. Я пообещал, что после освобождения завяжу с преступным прошлым и приеду к ней. Я по началу, как мыслил, так и поступал. Плюнул на все и к ней. Встречала она меня на вокзале. Эх, как же было романтично. Ветер играл с ее вьющимися волосами, и задирал подол платья. Она высматривала меня среди людской толпы, держа в руках мою фотографию. Наконец, мы встретились, чуток приобнялись, правда, целоваться сразу постеснялись.

Среди слушающих зэков послышалось хихиканье.

– А что, мужики, мы реально комплексовали, хотя в письмах уже давно награждали себя поцелуями. Короче, тормознулся я у нее на месяц, даже мыслишка возникла, остаться насовсем. Да видно не судьба, опять черт попутал, на толкучке по привычке занесло мою руку в чужой карман. За мной уже баллоны пасли, в общем накрыли с поличным и впаяла мне тогда судья очередной срок.

– Вот видишь, чем закончилась твое заочное знакомство, баба сейчас с другим мужиком свою жизнь налаживает, а ты здесь паришься, – шутя, подковырнул его сосед по шконке Карпенок, которого, в отличие от Волкова, на свободе ждала жена.