Читаем Путь полностью

Люди, жившие в суровых климатических условиях, привыкли сражаться друг с другом и с окружающим миром за выживание и жизненное пространство. Если у тебя не удался урожай – отбери у соседей; урожай удался – защитись от соседей ты сам. Такая конкуренция и противоборство создавали условия для материальной, технологической эволюции. Люди постоянно создавали и развивали новые технологии, которые помогали уменьшить их зависимость от капризов природы и защититься от конкурентов.

Развивалось оружие, развивались технологии. В какой-то момент люди, которые из-за конкуренции и суровых условий жизни были вынуждены все время создавать что-то новое, чтобы повысить свои шансы на выживание, получили преимущество над остальными народами – оружие и технологии в их руках были гораздо совершеннее, чем у тех, кто жил в более благоприятных условиях. К тому моменту мир уже был хорошо изучен, был развит транспорт, и из одной точки света можно было относительно легко добраться до другой. Те, кто привык к борьбе за выживание, решили воспользоваться своим материальным превосходством. Так начался колониализм, захват других народов, и так началось доминирование тех, кто привык сражаться, над теми, кто жил в гармонии с собой, друг другом и окружающим миром.

Я наконец доел свой ужин, то и дело прерываясь и пытаясь растянуть удовольствие. Доел, естественно, до последней крошки. Затем посчитал цену за съеденное и расплатился. Встал из-за стола и осмотрел улицу. На противоположном ее конце не было домов, вдоль дороги тянулась длинная стена храма. Я решил в него зайти.

В храме этом я бывал, и бывал не раз. Внутри него всегда почему-то было много мусора, мусор валялся тут и там и сейчас. Я не знал, в чем было дело, обычно монахи держат свои обители в чистоте и порядке. Здесь же всюду валялись обертки от чипсов, конфет, банки из-под газировки. Во время моих прошлых визитов я заходил в храм в более ранние часы, днем, и в нем всегда было безлюдно, потому я и не мог понять, откуда брался весь мусор.

Сейчас же, вечером, зайдя за ограду, я понял, в чем было дело. Напротив главного входа в храм, с другой стороны улицы, стояла школа, и дети из нее после занятий приходили на территорию святилища, бегали, кричали, играли и мусорили.

Для храмов местной религии такое поведение было нормальным – не было ничего непристойного в том, чтобы прийти на территорию храма, повесить между деревьями гамак или просто прилечь на лавочку, и проспать хоть весь день. Иногда на территории даже располагались специальные беседки, большие по площади, на полу которых люди могли отдыхать. Бегать и кричать на территории храмов детям тоже разрешалось, подобное никого не злило и не удивляло – это же дети, чем им еще заниматься? Многие монахи сами были детского возраста, и они с радостью присоединялись к остальным озорникам, но в рамках приличий – для монахов существовало множество правил поведения, которые они должны были соблюдать.

В самих же святилищах, зданиях, в которых проходили религиозные ритуалы, внутри которых находились священные статуи и стены с потолками которых были расписаны сценами из религиозных книг, шуметь было нельзя – это были священные места. Можно было спать или разговаривать сидя на полу, но тихо.

За пределами святилищ же жизнь шла своим чередом. Единственным неприятным последствием от этой жизни было большое количество мусора, который оставляли после себя дети.

Мусор в стране, да и во всем регионе, был настоящим бичом общества. Его кидали прямо на пол, в мусорку его выкидывать было не принято, да мусорок и не было. Считалось, что мусорить можно везде, в этом не было ничего предосудительного. Каждый человек должен был держать свой участок земли, вокруг дома или рабочего места, в порядке, и просто периодически убирать весь сор в пределах этого участка. Такая практика могла работать в местах, где людей было мало, но в многолюдных местах мусора зачастую накапливалось столько, что убирать его не успевали.

Часто такое происходило и в заведениях уличной кухни, в одном из которых я только что сам отужинал. Под столами могли стоять мусорки, а могли и не стоять – в любом случае половина мусора летела прямо на пол. Хозяева заведений время от времени сор убирали, но чем популярнее было заведение, тем больше вокруг него было мусора.

Как ни смешно, но уровень мусора в заведении был отличным ориентиром при выборе места для приема пищи. Чем популярнее забегаловка у местных жителей, тем больше мусора вокруг и тем лучше само заведение – если в нем много посетителей, значит, кормят здесь вкусно и дешево.

В новых для меня городах, которые я раньше не посещал, выбирая себе место для приема пищи, я обращал внимание на мусорки под столами, если они были, либо на сор на полу, если их не было. Если мусора много – значит, можно здесь есть. Мусора нет – что-то с этим местом не так, местные жители сюда не заходят.

Я побродил немного по территории храма, посмотрел на веселящихся и радующихся жизни детей и решил закругляться. Уже вечерело, и пора было ложиться спать.