Читаем Путь полностью

Я вышел из автобуса, потянулся спросонья, размял немного руки и ноги после сна и надел на плечи рюкзаки. Обычно на выходе из автобуса пассажиров ждали тук-тукеры, наперебой предлагающие свои услуги. Но в этот раз ажиотажа не наблюдалось. Тук-тукеры сидели на пластиковых стульях немного в сторонке и лениво смотрели на автобус. Когда кто-нибудь из пассажиров хотел взять такси, он сам подходил к водителям, и тогда уж начинались переговоры. Я удивился увиденному, все же таксисты здесь всегда были такими же, как и в других странах – надоедливыми и приставучими. Но времена меняются, причем к лучшему.

Сориентировавшись по карте на телефоне, я отправился в исторический центр города – там я обычно и останавливался. Путь предстоял долгий, под палящим солнцем и по пыльным дорогам, но я был не против. В автобусе я отдохнул, набрался сил, и ноги теперь даже немного ныли от недостатка активности.

Я шел по пыльным улицам города и смотрел по сторонам, пытаясь отыскать глазами что-нибудь интересное. В последний раз я был здесь год назад, и многое изменилось. Мусора, которым когда-то был завален весь город, стало меньше, разрухи тоже. На месте небольшой трущобы у реки, с домами из досок и листов металла, сейчас находилась фестивальная улочка с несколькими помещениями для кафе с уличной едой – что-то вроде ночного рынка, которые здесь тоже водились, но в гораздо меньшем масштабе, в силу бедности местного населения.

Тут и там стояли новые здания, в некоторых из них были открыты небольшие магазинчики. В школах, мимо которых лежал мой путь, были отстроены по несколько новых корпусов, остальные корпуса, правда, все так же оставались ветхими, как и раньше.

Наибольшего размаха развитие и строительство достигло в местных храмах, которые стояли чуть ли не на каждой улице, так много их было. Впрочем, в храмах, кроме культовых сооружений, обычно располагались и школы, поэтому от такого строительства польза была не только духовная, но и более приземленная.

Экономический прогресс постепенно изменял город, хотя человек, который попадал сюда впервые, наверняка видел лишь нищету и разруху – я и сам когда-то видел этот город таким. Сквозь мусор, пыль и нищету этого места нелегко было разглядеть душу города и его жителей, но результат стоил затраченных усилий.

Проходя мимо местной железнодорожной станции, я удивился увиденному, – станция была открыта и даже функционировала. Я подошел ко входной двери и увидел расписание поездов – несколько штук в неделю. Не ахти что, конечно, но это гораздо больше, чем было раньше, а раньше поездов не было вообще.

Железная дорога когда-то здесь была единственным адекватно работающим видом транспорта, но и она была устаревшей – поезда были ветхими и ездили по ветхим путям очень медленно.

Еще лет двадцать назад в стране практически не было асфальтированных автомобильных дорог, лишь дороги из утрамбованного песка. Ездить по ним просто невыносимо, да и для здоровья вредно – за одну поездку наглотаешься пыли так, что мало не покажется. Постепенно дороги начали асфальтировать, и тогда в железнодорожном транспорте необходимость отпала – железнодорожная инфраструктура была устаревшей и пользовались ей только потому, что не было альтернативы.

Транспорт пустили по асфальтированным автомобильным дорогам, а железную дорогу закрыли – на модернизацию. Модернизация затянулась на долгие годы, и даже начинало казаться, что поезда в стране больше не будут ходить – пути зарастали, станции постепенно разрушались.

Поэтому, увидев работающую станцию, я сильно удивился. Я зашел внутрь и посмотрел на перрон – внизу, на земле лежали новенькие рельсы. Правда, то ли на рельсах, то ли рядом с ними (было не видно издалека), стояла кастрюля, и из нее валил дым – кто-то варил суп. Я вернулся и глянул на расписание – все нормально, сегодня нет поездов, можно на рельсах и суп поварить.

До отеля, в котором я собирался остановиться, было уже рукой подать. Он находился в самом центре города, это было старое здание, многоэтажное, из нескольких корпусов. Корпуса, судя по всему, строили в разное время, делая надстройки над основным зданием. Это сделало логистику внутри немного странной и запутанной – во многие комнаты на верхних этажах было непросто попасть: подняться по одной лестнице, потом пройти по какому-то коридору на крыше, потом опять лестница. Вот ты уже на нужном этаже, но и здесь все непросто – идешь вперед, потом поворот, еще один поворот…

Хозяин отеля, в котором я останавливался в каждый свой приезд, каждый раз давал мне комнату в самом дальнем конце здания, и каждый раз мне приходилось преодолевать этот мудреный лабиринт. Вначале я терялся внутри и долго не мог найти выход, но затем привык, и мне даже начало нравиться. Место было необычным и запоминающимся.