Читаем Пустошь (СИ) полностью

– Саске, пойдём я тебе что-то покажу, – быстро проговорил Узумаки, подходя к другу и видя, как тот с трудом поднимается, не воспользовавшись протянутой рукой. – Па… позовёшь тогда.


– Угу, – не глядя на них согласился Ирука.


Подняться по лестнице для Учихи оказалось очень трудной задачей. Ноги не слушались и заплетались, мышцы начинало сводить судорогой.

Последние несколько метров Наруто пришлось буквально протащить Саске на себе. Ввалившись в свою комнату, Узумаки опустил его на пол, ногой закрывая дверь.


– В… рюкзаке, – проваливаясь в судороги с головой, прошипел Учиха. Он цеплялся пальцами за ковёр, пытаясь удержаться в этой реальности, но всё-таки упал.


Наруто уже видел такое. Тогда в квартире.

Буквально слетев по лестнице, он ухватил рюкзак, что остался стоять у входной двери, и также быстро вернулся в комнату под удивлённым взглядом отца. Но не было времени объяснять.

В комнате Узумаки вновь опустился рядом с побелевшим, как полотно, парнем и вывалил на пол перед ним гору всяких упаковок с таблетками из рюкзака.


– Какой?! – всполошился Наруто, совершенно точно понимая, что сам даст Саске что-то явно ненужное.


Учиха услышал не сразу, пришлось повторить дважды, а когда до затуманенного болью мозга всё-таки дошло, тот скрюченными пальцами подцепил из кучи небольшой флакон и вновь разжал руку, глухо застонав через зубы.


– Понял, – выдохнул Узумаки, снимая крышку и высыпая на руку одну таблетку.


Разжать рот Саске оказалось той ещё задачей, но всё-таки таблетка была уложена на язык и благополучно проглочена.

Учиха с трудом перевернулся на живот, упираясь в пол локтями и лбом касаясь ворса ковра. Дыхание с хрипом вырывалось из приоткрытого рта, мышцы всё ещё подрагивали.


– Ты… ты как?


Запыхавшийся от волнения Наруто, положил руку на тяжело вздымающуюся спину парня, машинально успокаивающе поглаживая. Наверное, Саске не чувствовал, но Узумаки таким образом успокаивал и себя.


– Прелестно, – шикнул Учиха, всё ещё не поднимая головы. Он зажмурился сильно, пытаясь унять колокола в голове, которые разламывали череп. В носу отвратительно засвербело, и Наруто увидел, как на светлый ковёр закапала кровь.


– Блин! Учиха, пошли в ванную!


Подхватив его под руку, Узумаки кое-как поднял того с пола и выволок из комнаты, опасливо оглядываясь. Ванная была дальше по коридору, и очень уж не хотелось столкнуться с отцом, ибо перепачканное кровью лицо Саске наталкивало лишь на самые мрачные мысли.

До ванной они добрались шатко: Учиху кидало в разные стороны, а ноги то и дело подгибались.


– Чёрт, Саске. Иди ровно… тут… недалеко, – кряхтел Наруто, цепляясь свободной рукой за косяк двери и буквально закидывая их в ванную.


– Отцепись.


Учиха вяло оттолкнул от себя руки парня и едва не рухнул. Спасло то, что вовремя успел упереться ими о край ванной, но они всё же согнулись, и он оказался на полу.


– Давай помогу.


Узумаки вновь ухватил того за руку, но злые чёрные глаза убедили его всё же отпустить. Прижавшись к кафелю, Наруто запоздало закрыл за ними дверь, надеясь, что в ближайшее время санузел никому не понадобится.

Саске, опираясь на что-то твёрдое, заставил тело встать и сесть на край ванной.


– Салфетку дай, – прохрипел Учиха, утирая рукой кровавую юшку у носа и закидывая голову. Вскоре ему было протянуто небольшое вафельное полотенце, которое он тут же прижал к носу.


Узумаки стоял молча, наблюдая за тем, как бледное лицо искажает гримаса боли. Иногда Наруто казалось, что на миг тому становится легче, но это было обманное затишье.

Сколько бы Саске не утирал кровь, она не собиралась прекращаться, лишь размазываясь разводами по лицу.


– Блин, дай сюда, – не выдержал Узумаки после пяти минут наблюдения за мучениями парня.


Буквально выхватив полотенце из рук Учихи, он встал напротив него, заставляя задрать голову выше.

Саске недовольно опустил свои руки на колени, явно не радуясь такому внезапному напору от Наруто. Но поддаться сейчас было легче: тело всё ещё трясло.

Прикладывая полотенце, что быстро становилось красным, к носу Учихи, парень искоса видел, как тёмные холодные глаза уставились на него. Было неловко под этим взглядом… отчего-то вспомнился балкон и то, как жёстко чужие губы касаются его.


– Ты покраснел, – сдавленно пробормотал Саске.


– А? – встрепенулся Узумаки и слишком сильно чиркнул сложенным уголком полотенца по щеке того. – Ой, прости. Больно?


Учиха усмехнулся, и Наруто скис, включая воду и смачивая полотенце под струёй. Так дело пошло лучше, и скоро на лице Саске не осталось и следа от крови, зато полотенце совершенно потеряло свой товарный вид.


– Узумаки…


– Наруто?!


Дверь ванной открылась, впуская внутрь женщину, что резко затормозила, когда увидела парней.


– Ма, я сейчас всё объясню, – торопливо выпалил тот, отскакивая от Учихи и пряча перепачканное полотенце за спину. Но было поздно…


– Быстро вниз.


С этими словами обладательница мелодичного, но слишком громкого от нервов голоса, удалилась.


– Иди в мою комнату, – тяжело выдохнул Узумаки, швыряя полотенце в стирку.

***

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство