Читаем Пустошь (СИ) полностью

Брюнет вздёрнул брови, поглядывая на своего собеседника с нескрываемой иронией. Наруто вызывал противоречивые чувства: хотелось заехать ему по морде или…обнять.

Учиха затянулся в очередной раз, чувствуя приближение тошноты и головокружения.


- Ты хочешь насолить мне, - серьёзно проговорил Наруто. Он смотрел настолько прямо, будто пытался прожечь в парне дыру.


Саске хрипло засмеялся, стряхивая пепел на обшарпанный кафельный пол.


- На хера мне это сдалось?


- Я тебя обидел.


- Меня?


От удивления Учиха даже лоб нахмурил: невиданное проявление эмоций.


- Да.


- Чем же?


Наруто почувствовал, как внутри медленно закипает раздражение. Если он и надеялся, что Саске изменился, то теперь эти надежды медленно отмирали, отслаиваясь от внутренней раны тонкими пластами.

Перед ним был всё тот же холодный грубиян…


- Забей, - махнул рукой Узумаки, разворачиваясь к выходу. - Ты никогда не поймёшь…


- Можно подумать, ты меня понимаешь, - хмуро усмехнулся Учиха, опуская голову и зажимая сигарету зубами. Доказывать что-либо Наруто он не видел смысла. Да и оправдываться за своё поведение тоже не было никакого желания.


Узумаки отчего-то возомнил, что всё должно измениться. Вот…оно изменилось, так почему же этот придурок не рад?!


- Я хотя бы стараюсь.


Саске сначала вскинул на него глаза, а затем подорвался с подоконника так резко, как позволяло тело. Он в несколько шагов оказался рядом с Узумаки, хватая его за ворот ветровки и вжимая в стену. Слабо, поэтому блондин с легкостью оттолкнул его руку, уставившись с немой яростью.


- Ты никогда не поймёшь всего того, - прошипел Учиха, опираясь рукой о стену, чтобы не завалиться набок. Ноги как-то подозрительно быстро смирились с тем, что от них больше не требуют вертикального положения.


Он замер, возвращая сбившееся было дыхание, и добавил:


- Всего того, что я говорю тебе молча.


- Молча не говорят, - едко выпалил Наруто, даже не вдумываясь в смысл слов из-за накатившего раздражения. - А если ты и пытаешься, то как-то не очень-то и заметно!


- Ты ничего не видишь, придурок.


- Это ты…


Узумаки осёкся, вовремя прикусив язык. Он вперился каким-то моментально растерявшимся взглядом в тонкие стекляшки очков брюнета, ловя в них своё отражение.


- Пф, - усмехнулся брюнет, отлипая от стены и возвращаясь на подоконник. Вторая сигарета легла в пальцы, и Учиха удивлённо нахмурился, оглядывая пол. Куда он дел недокуренную - осталось для него загадкой.


- Саске…


- Уходя, уходи, Наруто, - усмехнулся он, подкуривая, и поднял глаза на парня. - Ты же попрощался со мной уже.


- Дважды, - мрачно подтвердил Наруто, поправляя толстовку. Получив сухой кивок Учихи, блондин прикусил губу. Он обещал себе уйти, обещал больше не вмешиваться, но не смог пройти мимо. Никогда не сможет.


Сизый дым поднялся к потолку, и брюнет, кажется, потерял всякий интерес к своему собеседнику, больше заинтересованный трещинами на полу. Повисла какая-то неправильная тишина, и тяжёлый вдох Наруто в ней показался слишком громким.


- Ты идёшь на пару?


- Нет, - отозвался Саске, стряхивая пепел на ладонь и наблюдая, как мелкие сероватые хлопья забавно разрушаются от лёгкого прикосновения к ним пальца.


Узумаки не знал, что делать. Всем своим видом Саске показывал, что разговор окончен, но что-то не пускало за дверь, будто бы Учиха научился привязывать к себе невидимым поводком.

Тряхнув головой, блондин резко толкнул дверь.


- Пока, - бросил он, вылетая из туалета. Не стоило задерживаться там. И дело было не только в давно начавшейся паре, пропускать которую было нельзя.


Саске сдул пепел с бледной ладони, но на ней всё равно остался сероватый след. Его пришлось отирать о джинсы, но рука осталась всё такой же грязноватой по центру.

Ну и плевать.

В том, что Наруто решил уйти, не было ничего удивительного. Брюнет не держал, а Узумаки, скорее всего, был действительно обижен. Учиха лишь усмехнулся своим мыслям и протянул руку перед глазами. Эта тень на полу явно была не из этого мира. Она рвано дрожала, словно пламя свечи на сквозняке.


- Ты разговариваешь? - прошептал Саске.


Раньше ему доводилось общаться с такими же. Ещё в первые дни, когда зрение начало потихоньку возвращаться.

Тень молчала. Наверное, она была из тех, что неразговорчив. И такие ему встречались…и это было, наверное, нормально. Ведь даже люди есть такие, что не любят молоть языком почём зря. Так почему же такими не могут быть тени?

Саске уронил руку на колени, тряхнув головой. Эти бредовые мысли иногда захватывали его сознание, стоило ему ослабить контроль над ними.

Парень прикоснулся пальцами к переносице, прикрывая глаза и сжимая сигаретный фильтр в губах сильнее.

Сонливость начала потихоньку одолевать его, и, если бы не въедливый запах хлорки, что глушил любые другие и пропитал собою здесь всё, Учиха бы вырубился.

Дверь скрипнула, вынудив его поднять глаза на вошедшего.


- О! - выпалил беловолосый парень, закрывая за собой дверь и обводя Саске таким весёлым взглядом, словно Учиха сидел здесь в костюме клоуна.


- О? - поморщился брюнет.


- А я тебя знаю.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство