Читаем Пустошь (СИ) полностью

Учиха смотрел в какое-то до ненормального спокойное лицо парня и чувствовал, как внутри всё рвётся и мечется. Как ломает рёбра неведомая сила. Она струилась по венам, отравляя не только сердце, но и мясо.

Почему он ждал его здесь? Почему не дал просто уйти.

Стоя здесь, за институтом, в прокуренном насквозь углу, Учиха внезапно понял: если Наруто уйдёт сейчас, то исправить это будет уже невозможно.

Другая жизнь заберёт этого придурка, и он просто исчезнет для него. Его заменят.

Той же Сакурой.

Девушкой, что всегда появлялась в жизни Узумаки лишь тогда, когда ей что-то было нужно от блондина. А этот придурок…просто развесит свои наивные уши и потом будет страдать.

Как уже страдал.


- Не отпущу, - упрямо прорычал Саске, сжимая пальцы сильнее. Казалось, что ещё чуть-чуть и они вопьются в плоть.


- Тогда…почему держишь? Зачем?


Голос Наруто был до того усталым и блёклым, что Учиха сам чувствовал этот груз на себе. Это перетекало от Узумаки, окутывая всех, кто оказывался рядом. Это лежало на дне голубых глаз, свернувшейся чёрной змеёй, и жалило любого.

Лишь заглянуть в лицо. В глаза.


- Я тебе не нужен. Ты сам это сказал. Много раз. Ты теперь…живой. У тебя, - голос парня дрогнул, но сменился хриплым и совсем нерадостным смешком. - У тебя появился второй шанс. Отпусти.


Учиха внезапно рычащее выпустил воздух сквозь сжатые зубы и уткнулся лбом в плечо блондина. Саске до боли закусил губу, но боль не принесла ясности в разум.


- Не могу.


- Зачем тебе это? - всё тот же безжизненный голос. - Что бы потом опять прогонять меня? Орать? Ругаться?


Пальцы брюнета дрогнули, и очередной тяжёлый вздох ушёл куда-то в толстовку Узумаки, опаляя кожу жаром даже сквозь ткань. Руки Учихи внезапно расслабились, он прекратил вжимать в стену. Вообще прекратил удерживать. И только холодный лоб на плече.

Наруто скосил глаза, но увидел лишь топорщащиеся в разные стороны чёрные волосы и улыбнулся уголками губ. Можно было провести по его голове рукой, но к чему это? Откуда это дурное желание…да и зачем? Саске не нужно утешение - это он объяснил как следует, и вновь вникать в язык кулаков не хотелось.


- Я не могу…


- Но ты не можешь вечно пытаться то вернуть меня, то прогонять.


- Вернуть? - зло прошипел Учиха, вскидывая на Наруто лицо, искажённое какой-то непонятной смесью эмоций. - С чего ты взял, что я хочу тебя вернуть?! Ты…ты никто…


- Саске…


Вновь тяжёлый вздох, и тяжесть чужой головы на плече. Тонкие белые пальцы чуть дрогнули, и Наруто просто привалился затылком к жёлтой стене. Взгляд зацепило по-осеннему синее небо, с белыми росчерками от самолётов.


- Ты не нужен мне, - глухо проговорил Саске, вновь сжимая руки, удерживая.


Кому верить? Чему? Словам или этим узким ладоням, что удерживают сильнее стальных тросов?


- Я не хочу тебя видеть…


- Тогда просто не видь. Отпусти.


Наруто бы пожал плечами, но его за них вновь твёрдо схватили. Что ж…

Учиха зажмурился, внезапно понимая, что всё-таки прокусил губу. Он вдохнул, потому что, кажется, забывал дышать.


- Я не могу…


Было больно. Так больно, словно проглотил горсть лезвий…

Они впились в язык, а сходства добавляла кровь из прокушенной губы.


- Не могу. Без тебя, идиот.


Пальцы рванули толстовку на себя, губы неловко и слепо ткнулись в чужие, разделяя металлический вкус на двоих. Сердце сделало болезненный, нерешительный удар.

Это было похоже на бред. На галлюцинацию сумасшедшего.

Чувствовать напряжённые губы, неподдающиеся и холодные. Пытаться зацепиться за них и умирать…умирать каждый раз, когда не выходило.

Пустота. Бездна…

Парализованный каким-то холодным потоком, что опустился на него, Наруто стоял и чувствовал тяжесть на груди. Или в ней, за рёбрами. Зацепиться за Саске он не мог, как и не мог поднять руку.

Кажется, прошла вечность, прежде чем Учиха отстранился, роняя голову и утыкаясь лбом в подбородок застывшего парня.


- Саске…не нужно было.


Наруто не знал, почему он сказал это. Из-за прошедшей обиды или из-за внезапно приобретённой жестокости.

Но слова подействовали, словно удар хлыста - пальцы Саске разжались и он молча отошёл в сторону, вынимая из кармана сигарету и зажигалку.

Учиха хмуро улыбнулся, поднимая взгляд на Узумаки. Позади парня начала клубиться уже знакомая тьма.

***

Телефонный звонок раздался в кабинете Фугаку, возвращая мужчину из его мыслей. Опомнившись, он споро подхватил трубку.


- Слушаю вас.


- Учиха Фугаку?


- Да. С кем имею честь?


- Как ваша предвыборная программа?


Даже по голосу было слышно, что говорящий улыбается. И этот тон сразу не понравился Учихе.


- Так кто это?


- Да вы не нервничайте. Пока что…


- В чём дело? - нахмурился Фугаку.


- А вы в курсе, что ваш сын…да, Саске…


Голос загадочно замолчал, но на фоне слышались какие-то звуки: проезжающие машины, лёгкая музыка.


- Так сказать, имеет весьма странные предпочтения…в отношениях.


- Что?! О чём вы?


- Предлагаю подъехать к нам в офис. Думаю, нам будет о чём с вами поговорить, - тишина и ехидное: - Если, конечно, вы не надеетесь снискать одобрение некоторых нетрадиционных слоёв общества…

***

Вся жизнь борьба, но боремся мы с чем?

Мы боремся за жизнь, но нужно ли нам это?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство