Читаем Пустошь (СИ) полностью

Вот мимо прошла парочка весело болтающих девушек, которые на миг притормозили, бросая на брюнета удивлённый взгляд. Кажется, из-за некоторых событий в его жизни, Саске стал местной легендой.

Учиха хмуро усмехнулся, отбрасывая окурок к стене и, поправив чёрный рюкзак, зашагал в сторону тротуара.

Идти было трудно. Треклятая трость, треклятые ноги… Всё было против него, но брюнет упрямо двигался вперёд. Только упрямость и держала за истлевшие нити.


- Эй!


Саске не собирался останавливаться, даже если бы его окликнули по имени. Он лишь качнул головой и дёрнул за ручку институтской двери, желая поскорее скрыться от противного прохладного ветерка. Но так просто отпускать его не собирались, положив тяжёлую руку на плечо. Учиха замер, медленно опуская руку и выдыхая.


- Учиха?


Голос показался знакомым, хотя брюнет мог поклясться, что этот человек явно не был ни его другом, ни просто собеседником, которым иногда, в прежние времена, позволялось находиться рядом с брюнетом и иногда разбавлять его молчание глупыми репликами.

Перед ним стоял Джиробо собственной персоной.

Толстяк ничуть не изменился, прибывая всё в том же раскормленно-опухшем состоянии, и его маленькие глазки неприятно сверлили лицо Саске.

Какая-то грязно-коричневая ветровка на Джиробо сидела так, словно её вот-вот должно было разорвать по шву из-за немыслимых габаритов парня, а бежевые спортивные штаны вкупе с чёрными кроссовками смотрелись до того отвратительно, что Учиха лишь ухмыльнулся.


- Ты, значит, уже вернулся?


- А какое тебе дело? - вздёрнул бровь Саске, поправляя очки и глядя на этого амбала презрительно. Конечно, сквозь полутёмное стекло взгляд его разобрать было сложно, но каждой клеточкой своего тела Учиха источал именно презрение. Спутать с чем-то другим это было трудно…


- Ты же больной, - фыркнул Джиробо, имея ввиду то ли состояние психики парня, то ли те слухи, что ходили по институту в прошлом году.


Каких сил Фугаку стоило сделать так, чтобы эти слухи остались лишь в этих стенах, не просочившись в прессу, Саске не знал да и гадать не собирался. Его это перестало волновать уже очень давно, даже ещё до болезни.


- И что?


- Таких, как ты, нужно держать подальше от людей.


- А ты у нас защитник людей, - фыркнул Учиха, оценивающе разглядывая махину перед собой. Пришлось, правда, отойти в сторону от дверей, потому что люди, стремящиеся попасть в институт, явно были недовольны такой живой преграде.


Джиробо вёл себя странно, и это вызывало тусклую усмешку. Человеческий разум очень быстро избавляется от того, что некогда воспринял с таким всплеском эмоций. Страх, любовь, ужас - всё постепенно стирается.

А в случае с толстяком память играла далеко не самую главную роль. Саске сильно сомневался, что тех крох мозга, что ютились за этим мощным черепом, хватило бы дабы удержать что-то в сознании дольше, чем на пару дней.


- Твоя рожа мне здесь не нравится, - нахмурился толстяк, придвигаясь ближе.

Он, наверное, ожидал, что брюнет сейчас отступит, но тот лишь упрямо вздёрнул подбородок, продолжая улыбаться.


- Твоя туша меня тоже не прельщает.


- Что ты сказал?! - прошипел Джиробо. Учиха вновь наступил на его больную мозоль…


Брюнет лишь пожал плечами:


- Кто знает.


- Сваливай отсюда. Переводись, - зло прошипел амбал, и его ноздри противно раздулись, а лицо начало краснеть.


- Зачем? - нагло ухмыльнулся Саске.

***

- Наруто, а ты сдал уже проект? - протараторила Сакура, как-то взволнованно глядя на друга, что шёл рядом и пребывал в каком-то странном задумчивом состоянии. Словно он находился не здесь. Девушке это совершенно не нравилось, и она то и дело дёргала его, пытаясь всё же вернуть блондина в реальность. Но ничего не выходило. Узумаки молчал, засунув руки в карманы рыжей толстовки и спрятав нос за поднятым воротом оной, словно за него кусал несуществующий мороз.


- Проект? - без особого интереса переспросил Наруто, скосив на девушку глаза. В последнее время он только с Сакурой и общался. Точнее, это она общалась с ним, решив, что Узумаки требуется постоянный контроль, ибо его успехи в учёбе начали постепенно исчезать.


- Ты забыл?!


Удивление в голосе Сакуры граничило с вещим ужасом, и блондин даже отвлёкся от своих мыслей, вглядываясь в лицо девушки.


- Ну а что? Его же не завтра сдавать…


- Узумаки! - взревела она. - Завтра!


- Оооо…


- Ты забыл?!


- Ну…да.


- Ты хотя бы начал что-то делать?!


- Эммм…


- Узумаки!


Сакура с трудом сдержала желание треснуть парня по голове и лишь шипяще выдохнула, раздражённо откинув волосы за спину. Хотя Наруто уже потерял интерес к её нравоучительной лекции, заметив впереди знакомый чёрный силуэт. Как и следовало догадаться, теперь он будет натыкаться на Саске всюду, куда бы не шёл. Это словно злая карма…

Брюнет с вызовом смотрел на буквально полыхающего злостью Джиробо, и Наруто даже подумал, что сейчас Учихе прилетит хороший такой тумак, но толстяк отчего-то медлил. Словно почувствовав его взгляд, Саске повернулся к Узумаки, но на этот раз улыбка на его губах сменилась какой-то рваной гримасой, выражающей всё и сразу.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство