Читаем Пустошь (СИ) полностью

- Он бы не хотел тут оставаться.


- А ты?


Доктор поднялся и подошёл к старшему, заглядывая в глаза:


- Ты смог бы взять ответственность за чужую жизнь на себя?


Итачи хватило пары минут, чтобы принять решение. Жизнь брата была дороже, чем собственные нервы, с которыми придётся распрощаться, когда Саске придёт в себя.


- Он останется здесь, но ровно до тех пор, пока ему не станет лучше. Вы будете наблюдать за ним?


- Оплата?


- Завтра переведу на счёт.


Наруто нахмурился. Оплата? Деньги? Как они могут так спокойно говорить о таких мелочах, когда всего в метре от них Саске то ли цепляется за жизнь, то ли прощается с нею.


- Да как вы…


- Наруто, - с нажимом произнёс Учиха, - не шуми, пожалуйста. Иначе мне придётся тебя попросить покинуть наш дом.


Большие голубые глаза смотрели непонимающе, неверяще. Хотелось ругаться и отстаивать своё право быть рядом с другом, когда тому плохо. Но Узумаки понимал, что плохо Саске именно из-за него, и чувство вины заставило медленно кивнуть, замолкая.

В голове Наруто совсем некстати всплыли воспоминания о том единственном разе, когда он подвёл Саске. Когда не мог связаться с ним. Было забытые чувства неприятно кольнули где-то за рёбрами. Он тогда предал не по своей воле, а сейчас сознательно бросал друга, перед этим проехавшись кулаком по его же физиономии.

Это было хуже, гораздо хуже.

Он отошёл к окну, встав там безмолвной тенью, наблюдая, как Орочимару стягивает с ног парня кеды и накрывает того лёгкой простынёй.

Наверное, это был тот самый пинок, заставивший Наруто посмотреть правде в глаза. Наконец, снять треклятые розовые очки, увидеть, что звёзды - это всего лишь звёзды, а луна не маяк из сказки.

И что его друг действительно умирает.

Орочимару с Итачи куда-то вышли, хотя доктор не особо хотел отходить от пациента, скользя каким-то жадным взглядом по его лицу. Чем было вызвано такое поведение, Наруто никак не мог понять. Мужчина смотрел на Саске, как на диковинный экспонат.

Когда в комнате стало непривычно тихо, Наруто виновато покосился на лежащего парня. Совесть трепыхалась где-то под обломками гордости и злости. Ведь ещё недавно Узумаки был готов придушить брюнета своими же руками. Впрочем, что-то у него всё-таки получилось…

Блондин тряхнул головой, отгоняя мысли, и подошёл ближе к кровати, замирая, смотря на бледное лицо. Было такое ощущение, что Учиха спит. Даже дыхание было спокойным, медленным, а ресницы лишь слегка подрагивали, не как обычно. Без судорожных метаний глаз.


- Наверное, они все правы, и из меня - паршивый друг, - выдохнул Наруто. - И ты тоже прав. Я не хочу думать, что когда-то тебя не станет.


Слова давались тяжело, застревая на губах и царапая горло. Но говорить его такому спокойному и безобидному в своём сне Учихе было гораздо легче, чем смотреть в чёрные злые глаза и ждать очередного грубого слова.

Тут стоило ещё задуматься, кто был плохим другом…


- Конечно, ты тот ещё придурок, - грустно усмехнулся Наруто. - И я тебе бы ещё раз морду набил. Мне вообще плевать… плевать, что ты болеешь. Я с тобой не буду церемониться.


К чему он говорил всё это, Наруто не знал. Наверное, это был его единственный шанс спокойно высказаться. Пусть разговор и выглядел как беседа с самим собой.


- Но я обещал тебе и теперь ничего с этим поделать не смогу. Да и не хочу.


Наруто тяжело вздохнул, прикусывая губу.


- Ты злишься на меня… но…


Пожал плечами.


- Хотя бы из нас двоих верить буду я. Глупо… но хоть как-то.


Узумаки поднял глаза на бесстрастное лицо. Хотя бы какая-то эмоция…


- Я знаю, что ты умрёшь, - совсем тихо. - Не нужно напоминать мне это каждый раз.


Пальцы легко пробежали по бледному и холодному лбу, убирая прилипшие к нему жёсткие чёрные волосы, что так напоминали глубокие трещины на белой фарфоровой маске.

Наруто тут же убрал руку в карман и сделал шаг назад. Этот жест был непозволителен не только его существом, но и Учихой. Это было глупо, неправильно и вообще…

Узумаки тяжело выдохнул, опускаясь на стул.

Он сам не понимал, что с ним творилось. Глупая привязанность.

Но слова Саске в голове звучали всё громче, отдавая обидой. Если бы не то, что именно кулак Наруто отправил друга в нокаут, то блондин бы уже давно ушёл отсюда. А так… совесть тяжёлым грузом придавливала к месту, заставляя ждать, пока Учиха проснётся.

Достав телефон, Наруто быстро напечатал смс Нагато, чтобы хоть куда-то деть бурлящие в душе чувства. Обида, вина, злость и грусть - это переплетение заставляло пальцы дрожать.

«Я полный идиот. Саске прав».

Это короткое смс ушло в пространство, и Узумаки на время забыл о телефоне, потому что Учиха завозился на кровати, привлекая внимание.


- Ты как? - выпалил Наруто, подскакивая ближе.


Мутные глаза, казалось, ещё ничего перед собой не видели, но Саске скривился, будто узнав.


- Узумаки…


- Я…


- Какого хера? - тихо, почти неслышно. Рука Саске приложилась ко лбу, и парень тяжело выдохнул.


- Орочимару.


Этого слова было достаточно, чтобы бледное лицо вновь исказила слабая гримаса злости.


- Достали…


Непонятно, что имел в виду Учиха. То ли тот факт, что ему уже тошно ото всех, или же то, что его желание вновь нарушили.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство