Читаем Пустошь (СИ) полностью

Чувство вины накатывало обездвиживающим морозом, что заставлял пальцы, вцепившиеся в одежду Учихи, дрожать.

Он бы вырвался из рук Узумаки. Обязательно бы вырвался, если бы не было так больно, если бы пол не уходил из-под ног. В мгновение Саске осознал, что уже сидит на полу, прислоняясь спиной к холодной кровати, и смотрит в потолок, а рядом кто-то…

Узнавание пропало, пропало знакомое имя. Саске не мог понять, кто был перед ним…

Этот кто-то пытается достучаться до меркнувшего сознания, пытается что-то сказать, убедить…

А потом этот кто-то дёрнулся в сторону, но рука брюнета поразительно резко ухватила его за рукав. Ведь уйдёт…

Ну и пусть катится… проваливает…

Рука упала обратно на пол, и стало всё равно.


- Учиха, - выпалил Наруто, видя, что взгляд друга стремительно гаснет. Ужас сковал Наруто.


Дверь комнаты со щелчком открылась, впуская внутрь черноволосого мужчину.


- Орочимару! - выпалил Наруто, едва не бросаясь к мужчине. - Я не… я не знаю, что с ним.


Черноволосый замер на пороге, хмуря тонкие брови и оглядывая тело своего пациента пока издалека. Он неспешно прикрыл двери, подошёл к ним и опустился рядом, подхватывая Саске под затылок и заставляя взглянуть в глаза.


- Что тут произошло? - деловито спросил Орочимару, намекая на явные следы драки на лице брюнета.


- Мы подрались, - выдохнул Наруто, чувствуя, как тело мелко дрожит. Он сидел в стороне, положив руки на колени, и не знал, куда себя деть.


- Мда. Достойно двух взрослых людей, - скептически фыркнул Орочимару.


Его рука скользнула в карман, и оттуда, словно из волшебной сумки, показался тонкий небольшой чёрный фонарик.

Придерживая Учиху под затылок, мужчина умело посветил им то в один глаз парня, то в другой. Поджав губы, выключил свет и вздохнул.


- Вы два идиота.


- Что с ним? - выпалил Наруто, пропуская мимо оскорбление.


- Жить будет, - безразлично отозвался Орочимару, подхватывая Учиху под рёбра и укладывая на кровать. - Удар вызвал болевой приступ. Хорошо, что у вас есть я.


Орочимару самодовольно улыбнулся, выходя из комнаты.

Наруто опустошённо уронил голову на колени, тяжело вздыхая.

Мужчина вернулся быстро, закрывая за собой дверь на замок.


- Лучше никому не знать, что произошло между вами двумя, - спокойно заявил он, выкладывая на стол из тёмно-коричневого саквояжа какие-то склянки, шприцы и таблетки.


Наруто не отвечал, молча следя за тем, как длинные узловатые пальцы быстро и ловко орудуют, открывая склянки и упаковку со шприцом.

Поднявшись, Наруто остановился у кровати Саске, вглядываясь в какое-то застывшее лицо.


- Почему он такой спокойный? - невпопад спросил Наруто, сжимая спинку кровати. - Ему же больно…


- А ты думал, он будет биться в истерике, - хохотнул Орочимару, присаживаясь на край кровати. - Это боль, которую ты никогда не ощущал, мальчик. Она выворачивает наизнанку незаметно. Посмотри на его руки, глаза… и ты поймёшь, что он далеко не удовольствие ощущает.


Наруто не нравилось, как говорит этот мужчина. Его сухой, какой-то казённый тон, словно перед ним не человек, а учебный манекен. Словно, Саске пустое место, в которое можно втыкать иглы и заливать любое лекарство.

Но взгляд всё равно зацепился за скрюченные жилистые пальцы, за напряжённую шею, на которой даже отсюда можно было видеть быстро бьющуюся жилку.


- Что вы ему дадите?


- Что и всегда в таких случаях.


- Но он же справлялся без этого там… когда мы жили без вас, - горячо запротестовал Наруто, видя, что Орочимару быстро закатывает рукав рубашки Саске.


- Ты уверен, что справлялся?


Косой взгляд светло-карих, почти янтарных глаз.


- Ты в голову ему залазил? Спрашивал, с кем он разговаривает, кого видит, когда смотрит на тебя?


Наруто рассеянно покачал головой, опуская взгляд.


- Ну вот, малыш. Поэтому не думай, что умнее меня.


Наруто отвернулся, когда игла проткнула тонкую кожу.


- Тебе лучше оставить его.


Орочимару поднялся, убирая использованный шприц обратно в сумку и неспешно складывая туда же лекарства.


- Почему? - удивился Наруто, оборачиваясь к доктору.


- Вы оба знаете, чем это всё может кончиться, - сухо улыбнулся черноволосый, вновь светя фонариком в глаза Учихи. Нахмурился. Ему явно что-то не нравилось. - И я говорю не о любви до гробовой доски.


- Да причём здесь любовь?! - вспыхнул Наруто. - Я его друг.


- Саске?


В дверь тихо постучали, судя по голосу, это был Итачи.


- Иди открой, - приказал Орочимару, садясь рядом с Саске и легонько постукивая того по белым щекам.


На ватных ногах Наруто подошёл к двери, открывая её и впуская в комнату Итачи. Старший Учиха не сразу понял, что здесь происходит, но, увидев брата на кровати, изменился в лице. Нет, он не бросился к Орочимару с криками, он стал ещё спокойнее. Наверное, у них это наследственное.


- Что с ним?


Кивок в сторону Наруто.


- Мы подрались, - виновато выдохнул блондин, чувствуя себя нашкодившим школьником перед суровым директором.


Взгляд Итачи и без того был холодным, а стал вовсе обжигающе ледяным.


- Саске как? - коротко бросил он, не отрываясь от рассматривания побитого лица Наруто.


- Жить будет, но я посоветовал бы ему отлежаться дома. С лекарствами, едой и без нервов.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище
Академик Императорской Академии Художеств Николай Васильевич Глоба и Строгановское училище

Настоящее издание посвящено малоизученной теме – истории Строгановского Императорского художественно-промышленного училища в период с 1896 по 1917 г. и его последнему директору – академику Н.В. Глобе, эмигрировавшему из советской России в 1925 г. В сборник вошли статьи отечественных и зарубежных исследователей, рассматривающие личность Н. Глобы в широком контексте художественной жизни предреволюционной и послереволюционной России, а также русской эмиграции. Большинство материалов, архивных документов и фактов представлено и проанализировано впервые.Для искусствоведов, художников, преподавателей и историков отечественной культуры, для широкого круга читателей.

Татьяна Леонидовна Астраханцева , Коллектив авторов , Юрий Ростиславович Савельев , Мария Терентьевна Майстровская , Георгий Фёдорович Коваленко , Сергей Николаевич Федунов , Протоиерей Николай Чернокрак

Биографии и Мемуары / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное
«Рим». Мир сериала
«Рим». Мир сериала

«Рим» – один из самых масштабных и дорогих сериалов в истории. Он объединил в себе беспрецедентное внимание к деталям, быту и культуре изображаемого мира, захватывающие интриги и ярких персонажей. Увлекательный рассказ охватывает наиболее важные эпизоды римской истории: войну Цезаря с Помпеем, правление Цезаря, противостояние Марка Антония и Октавиана. Что же интересного и нового может узнать зритель об истории Римской республики, посмотрев этот сериал? Разбираются известный историк-медиевист Клим Жуков и Дмитрий Goblin Пучков. «Путеводитель по миру сериала "Рим" охватывает античную историю с 52 года до нашей эры и далее. Все, что смогло объять художественное полотно, постарались объять и мы: политическую историю, особенности экономики, военное дело, язык, имена, летосчисление, архитектуру. Диалог оказался ужасно увлекательным. Что может быть лучше, чем следить за "исторической историей", поправляя "историю киношную"?»

Дмитрий Юрьевич Пучков , Клим Александрович Жуков

Публицистика / Кино / Исторические приключения / Прочее / Культура и искусство