Читаем ПСС (избранное) полностью

Все это вместе, по мнению некоторых наших ученых, называлось „Ипотека“,

Но, по мнению других наших ученых, называлось „ДонСтрой“.


Они воздвигли величайшие памятники,

Их культура удивительно возросла,

Что видно на примере образцов их керамики

И произведений кузнечного ремесла.


(При этих словах старец указывает веточкой на обломки оргтехники и ржавую пряжку с надписью „HUGO BOSS“)


Разум их природу постиг.

Казалось, возможностям их нет предела.

До сих пор нас ставят в тупик

Достижения их столярного дела.


(При этих словах, старец, осторожно перебирает полусгнившие куски фанеры от икеевских табуреток).


И во главе этой великой утопии,

Которой, безусловно, являлось построение этого супердома,

Стоял великий маг, называемый девелопером,

А также президентом, премьер-министром и „Вашингтонским обкомом“.


До сих пор продолжаются споры научные,

Были ли это четыре отдельные так называемые „масти“,

Или это были одной субстанциональной сущности,

На четыре стороны света обращенные ипостаси.


Ну, если это объяснять достаточно грубо,

Вот я рисую квадрат для примера


(рисует веточкой на песке квадрат, не очень ровный).


Квадрат является плоскостной проекцией единого куба,

А вот стороны квадрата как раз являются „Девелопером“, „Вашингтонским обкомом“,

„Президентом“ и „Премьером“.


Я понимаю, это трудно для восприятия, но тогда маги по многу имен носили,

Например, хаускипер этого титанического дома

Известен под именем „Единой России“.

Но недавно доказано, что он же таился под погонялом „Газпрома“.


Если спуститься по хронологии несколько вниз,

Может помочь аналогия об античных богах.

Например, бог вина у греков был Дионис

И он же одновременно Либер, Загрей и Вакх.


Так можно считать установленным, что „премьер“ и „президент“

Были едины как субстанция, но различались как персоны.

В то же время для того, чтобы создать электрический момент,

„Вашингтонский обком“ и „Девелопер“ были противоположны подобно электрону и

позитрону.


Все это помогало поддерживать динамическое равновесие.

Как тогда говорилось: „Мол, дай Бог каждому!“

Что при осуществлении такой цивилизационной трансгрессии

Безусловно, было критически важно.


Многое погибло за столетия хаоса,

Не пережив экономического кризиса.

Но несколько жемчужин все же осталося

В обрывках их священных папирусов.


(учитель, слегка дрожащими руками открывает ларец черного дерева с перламутровой инкрустацией, и длинными смуглыми пальцами благоговейно начинает поглаживать

выцветшие с обгоревшими краями листки. Видны заголовки:"Cosmopolitan», «Mens Head», «Лиза», «Коммерсант», «Московский Комсомолец», «Ремонт и стройка»,"IKEA», «Русская жизнь». На глазах старика появляются слезы).


В дошедших до нас фрагментах бесценных

Сохранились подробности их великого духовидства,

Они ужасно любили созерцать целое

И развивать диалектику всеединства.


Маги владели мудростью тысячелетий,

Пи-Ар технологиями и другими колдовскими приемами.

В частности они знали секрет производства нефти,

Отождествляемой ныне с древнеарийской сомой.


Эту нефть отправляли к далеким оракулам во Франкфурт и Лондон

Частью морским путем, а частью по суше.

Где ее обменивали на стабилизационные фонды,

Которые долгими зимними ночами использовали в качестве подушек.


А пифии, получив нефтяные ресурсы,

Они были приверженцы культа фаллического,

Смотрели, насколько поднимутся, извините за выражение, курсы,

И в зависимости от этого решали, какое выдать стабилизационных фондов количество.


(при слове «курсы», девушки как по команде краснеют и опускают глаза,

а юноши начинают переглядываться и глупо хихикать.)


Все это чудотворение засекречено было,

И охранялось религиозными законами.

И ведали все — если нефть потеряет Силу,

То что тогда сделает стабилизационные фонды зелеными?


И глядя на ихнюю эту гордыню,

Когда они нефтью буквально опились

И взялись штурмовать священную неба твердыню,

Бог в наказанье наслал на них кризис.


Первыми пифии на биржах завыли,

Узревши то, что страшнее смерти -

Привезли им нефть, а в ней нету Силы,

А чего в ней проку, в бессильной нефти?


И не менять же им стабфонды на бусы.

Кара божья оказалась настолько сурова,

Что, как скалы вздымавшиеся эрегированные курсы,

Вдруг стремительно рухнули и повисли, извините за выражение, «на полшестого».


(при словах «повисли на пол-шестого», юноши как по команде краснеют и опускают глаза, а девушки начинают переглядываться и глупо хихикать.)


И свернулось за миг, словно свиток, небо,

И мертвые стали покидать свои могилы,

Много случилось такого, чего раньше не было,

Потому что нефть потеряла силу.


Людей начали выкашивать загадочные эпидемии,

Получившие названия «Гламура» и «Консюмеризма»,

Пришел мор, глад и глобальное потепление,

И другие трагические катаклизмы.


Повсюду выстроились так называемые «пробки»,

Что это такое, наши мудрецы пока не установили.

Некоторые связывают это с мифологемой «Рублевки»,

Другие, с загадочным термином «Автомобили».


Там где сияли льды, расцвели субтропики,

И метался во всех своих четырех ипостасях

На вершине недостроенной башни Великий Маг Девелопер,

Как будто кто-то его опидарасил.


Короче, исчез тот мир по мановенью руки,

Перейти на страницу:

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы