Читаем ПСС (избранное) полностью

До свиданья мелкий бизнес

Пусть сильнее грянет кризис!»


Сатин, запыхавшись, падает на стул.

Входит Эффективный менеджер

(вид у него возмущенный, из под расстегнутого пиджака на брючном ремне блестит пряжка с надписью «HUGO BOSS»).


Вскакивает Пессимист.


Пессимист


Говорил мне под стакан

Милицейский опер:

«Ты не радуйся пацан,

Что слился девелопер».


Ветер свищет в голове,

Оттого ты бойкий.

Посмотри как по Москве

Замирают стройки.


С каждым днем все больше злости

В действиях охраны,

И торчат как в горле кости

Башенные краны.


Не проникнет праздный взгляд

За ограду стройки,

Где в три яруса скрипят

Панцирные койки.


К нам оттуда никогда

Не доходят вести,

Там бытовок города

Из рифленой жести.


Там огромных злобных псов

На людей спускают.

Там, сорвавшихся с лесов,

Тут же зарывают.


Те бытовки все подряд

До краев забиты,

В них на корточках сидят

У электроплиток


И о чем-то говорят

Блоковские гунны,

Тянутся поверх оград

Там спирали Бруно.


Там гортанный разговор,

Каменные лица -

Дети азиатских гор

Братья-евразийцы.


У них нету паспортов,

Их чморит охрана,

Каждый встречный из ментов

Шарит в их карманах.


Там сгущается беда,

Точатся ножи -

Запирайте господа

Ваши этажи.


Я скажу тебе как мент,

Я таить не буду,

Там особый контингент -

Люди ниоткуда.


После бойни в Фергане

Успевшие скрыться,

Проигравшие в войне

Гармцы и памирцы.


Это конченый народ,

Вы уж мне поверьте,

Дома их никто не ждет,

Кроме лютой смерти.


Ты подумай, милый друг,

Что тогда случится,

Если сразу встанут вдруг

Стройки по столице.


Где найдется тот конвой,

Где возьмется псих,

Что даст деньги, чтоб домой

Всех оправить их.


Станет нечего им есть,

Подберется стужа,

И скопившаяся месть

Выплеснет наружу.


Слышишь шепот серых губ?

Видишь их фигуры?

В их руках обрезки труб

Стержни арматуры.


Жди, на улицы Москвы

Мрачны и жестоки

Выйдут, как из клеток львы,

Новые морлоки.


Встанет новая орда

С новым Чингиз-ханом.

Ох, почешетесь тогда,

Жирные бараны.


Как вампиры из гробов,

Вырвутся на волю.

Про восстание рабов

Проходил ты в школе?


Не поможет ФСБ,

Ни бойцы ОМОНа,

Говорят, их по Москве

Аж три миллиона.


На клочки тебя порвут,

Словно Тузик грелку.

Рядом с этим русский бунт -

Детская безделка.


Не спасет металл дверей,

Будем все мы в жопе.

Лучше уж родной еврей

Добрый девелопер.


Пессимист садится. Вскакивает Оптимист


Оптимист (обращаясь к Пессимисту).


Прекратите панику сеять,

Нет проблемы киргизов.

Есть у нас президент Медведев,

Он организует им выезд.


Вы же слышали обращение к нации

Нашего президента,

Он объявил о сокращении трудовой миграции

На пятьдесят процентов.


Хватит мозги гражданам полоскать,

Тяжко от вашей лжи нам.

Укрепляются внутренние войска,

Создаются православные добровольные народные дружины.


(обращаясь к Сатину)


И Вы перестаньте рвать волосы на…

И напускать всякой жути.

Уже существует План Полсона,

А у нас есть План Путина


Бьетесь вы тут на грани истерики,

Когда официально провозгласили:

План Полсона — гибель Америки.

План Путина — победа России.


Главное, чтобы были едины, как один человек,

Все мы россияне, 140 миллионов.

В случае чего нас поддержит ОПЭК,

И есть у нас Фонд Стабилизационный.


Граждане, не слушайте журналистов,

Эту продажную сволочь,

Нас ведут опытные экономисты

Кудрин, Греф и Дворкович…


(Вскакивает Эффективный менеджер)


Эффективный менеджер


О чем вообще здесь пиздим мы?

Какие экономисты?

Когда меня с моей фирмы,

Можно сказать, зачистили.


Я ни черта не смыслю в финансовой политике,

Я простой PR- менеджер, на мне пашут как на кобыле,

Но я хочу спросить экономистов и аналитиков,

Какого хуя, они не предотвратили?


Им выделялись центры и фонды

И гигантские институты,

А они там занимались антигосударственной фрондой,

Как политические проституты.


Пиздили нам про возрождение нации,

Про отражение грузинской агрессии,

А в результате одна стагнация,

Одна стагнация да рецессия.


Останавливаются заводы и электростанции,

Инвесторы выводят колоссальные средства,

На Урале по инсайдерской информации

Уже имеются случаи людоедства.


В обществе усилится противостояние,

Ветер начинает дуть в паруса фашистам,

А они экспроприируют честно нажитые состояния

И будут притеснять стигматизированные меньшинства.


Для того ли бухал с представителями прессы я,

Организовывал фуршеты и презентации,

Чтобы с такой уникальной профессией

Ни с того, ни с сего без работы остаться?


Сатин (глумясь)


Крошка сын пришел к отцу

И узнала кроха,

Что подходит к пиздецу

Потребления эпоха.


Кончилось у Бога терпение,

Послал он вас на хуй,

Общество расширенного потребления

Закончило крахом.


Эффективный менеджер (причитает)


Крах эпохи потребления?

Ни хуя себе билять.

Я лишь года три последние

Только начал потреблять.


Я не чувствую усталости,

Я здоров и полон сил,

До фига всего осталося,

Чего я не потребил.


Не заначивал по ящичкам

Я с получки по рублю,

Как увижу, что блестящее,

Сразу на хуй потреблю.


Знает наше поколение,

Эта истина проста:

Есть на рынке потребление -

Есть рабочие места.


Значит, будут инвестиции,

Будет твердый курс рублей,

Будут деньги для милиции,

Для врачей, учителей.


А не станет потребления,

Так не будет ни хуя.

Пропадут все накопления,

Будет низким курс рубля.


И когда все курсы рушатся

Как костяшки домино,

Сердце екает от ужаса,

Сколько не потреблено.


Неужели жрать пора

Мне опять гавно?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Зной
Зной

Скромная и застенчивая Глория ведет тихую и неприметную жизнь в сверкающем огнями Лос-Анджелесе, существование ее сосредоточено вокруг работы и босса Карла. Глория — правая рука Карла, она назубок знает все его привычки, она понимает его с полуслова, она ненавязчиво обожает его. И не представляет себе иной жизни — без работы и без Карла. Но однажды Карл исчезает. Не оставив ни единого следа. И до его исчезновения дело есть только Глории. Так начинается ее странное, галлюциногенное, в духе Карлоса Кастанеды, путешествие в незнаемое, в таинственный и странный мир умерших, раскинувшийся посреди знойной мексиканской пустыни. Глория перестает понимать, где заканчивается реальность и начинаются иллюзии, она полностью растворяется в жарком мареве, готовая ко всему самому необычному И необычное не заставляет себя ждать…Джесси Келлерман, автор «Гения» и «Философа», предлагает читателю новую игру — на сей раз свой детектив он выстраивает на кастанедовской эзотерике, облекая его в оболочку классического американского жанра роуд-муви. Затягивающий в ловушки, приманивающий миражами, обжигающий солнцем и, как всегда, абсолютно неожиданный — таков новый роман Джесси Келлермана.

Нина Г. Джонс , Полина Поплавская , Н. Г. Джонс , Михаил Павлович Игнатов , Джесси Келлерман

Детективы / Современные любовные романы / Поэзия / Самиздат, сетевая литература / Прочие Детективы