Читаем Провидец Энгельгардт полностью

Муж Марии Михайловны Н.Л. Бух в одном из писем к ней заметил: «… в тебе до болезненности развито чувство собственного права наряду с сознанием правоты. В том числе и чувство попранного права, о чём другие не только не беспокоятся, но даже, бедные, не подозревают. Вот эти-то и есть настоящие рабы, которые „не подозревают» и имя им – легион». Не знаю, повлияли ли эти слова мужа на Марию Михайловну, но после амнистии она отошла от политики и стала детской писательницей, автором стихов и рассказов для детей. В последние годы жизни работала над книгой о декабристах. Точная дата её смерти неизвестна (не ранее 1949 года). В 1990 году в Ростове-на-Дону была издана её книга «Взрыв на Аптекарском острове // История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях». (О неудавшемся покушении на Столыпина.)

О судьбе третьего ребенка Михаила Энгельгардта – Петра, достоверной информации найти не удалось.

Про дочь Николая Анну «Энгельгардт-Гумилеву ни один мемуарист не сказал доброго слова». Даже её родной брат, Александр Энгельгардт говорил: «Она была страшно нервна, она во всём переоценивала себя, не способна была к настоящему труду…» В 1918 году она вышла замуж за поэта Николая Гумилёва, родила дочь Елену… «.Хорошенькая, со слегка монгольскими глазами и скулами, ветреная и вертлявая юная Аня любила бывать в артистических кругах».

Все единогласно подчеркивают глупость Анны Николаевны. Гумилева ставили в тупик её суждения, и он просил жену молчать – «так ты гораздо красивее. Она «не только по внешности, но и по развитию казалась четырнадцатилетней девочкой».

Анна Николаевна была, вероятно, в самом деле глуповата и сварлива. Но не зря ее хрупкая фигурка внушала жалость. Она принадлежала к людям органически несчастным, к людям, которым нельзя помочь. Гумилев без сомнения испытывал вину перед ней – было за что. Новой Анне Гумилёв посвятил свой последний поэтический сборник «Огненный столп». Но когда его не стало, судьба «Анны Второй», как её прозвали, сложилась еще более безотрадно и нелепо.

Она по-прежнему тянулась к литературно-артистической среде. Способствовала сохранению архива Н. Гумилева. Занималась в студии Вербовой, мечтала о театре. Но работала танцовщицей в нэповских кафе (больше никуда не брали, да и умела она, вероятно, мало что, кроме танцев), пользовалась репутацией доступной женщины. Родила еще одну дочь – от случайной связи с соседом по коммунальной квартире. Потом, постарев, стала одним из основателей театра кукол «Синяя ширма и работала там посредственной актрисой, кукловодом. Но другие исследователи рисуют Анну Николаевну гораздо более пристойно.

Анна, как и её дочь Елена (которой было 23 года), умерла от голода в блокадном Ленинграде в 1942 году (вслед за отцом и мачехой Анны). Фотографии Елены Гумилёвой, которая выросла красавицей, не сохранились, возможно, потому, что её прятали как дочь «врага народа». А вторая дочь Анны Энгельгардт – Галина – уцелела, так как была эвакуирована в глубинку с детдомовскими детьми, позже её удочерили родственники. Галина закончила институт культуры, работала в Челябинске в городской публичной библиотеке.

Но, кажется, правда ещё страшнее. Вот отрывок (в сокращении) из повествования писательницы Марины Саран «Анна Вторая»:

«…Ах, кто из барышень Петербурга не мечтал тогда познакомиться с САМИМ Гумилёвым!.. Аня влюбилась с первого взгляда…

Когда Николай Степанович сделал предложение стать его женой, Анна Николаевна не колебалась ни минуты…