Читаем Простые вещи полностью

– Здорово. И что теперь? – с разочарованием спросил меня Эрик, будто бы я должен знать, где находится выход к канализации.

– Не знаю, – со вздохом ответил я. – Ты уверен, что выход где-то здесь? Может быть, мы его пропустили? Или… Его завалило строительными материалами?

Хотелось закрыть глаза и больше никогда их не открывать.

– Кто его знает… Чёрт. Серб?

– Что?

– Прости меня. Должен признать, что понятия не имею, как найти этот выход к канализации, – с горечью признался мой напарник. – У нас не так много вариантов. Разворачиваемся.

– Ты серьёзно?

– Другого выхода у нас нет. Сколько их там было? Трое, четверо?

– Больше…

– У меня восемь патронов, и у тебя восемь. Это всё не так страшно… Мы справимся. К тому же, чем больше тянем, тем меньше у нас шансов.

– Ну, а дальше что? Как будем выбираться?

– Есть вариант выбраться отсюда через крышу. Ну, по пожарной лестнице.

– Звучит сомнительно… Но не безнадёжно.

– Я иду первым, – доставая пистолет из-за пазухи, сказал Эрик, – освещай мне дорогу.

– Как твоя нога?

– Да в порядке всё. Идём.

Мы практически бесшумно вернулись к винтовой лестнице, ведущей наверх. Бютнер аккуратно выглянул, чтобы осмотреть местность.

– Чисто, – шёпотом доложил о ситуации напарник. – Что же они задумали…

Коридор по-прежнему казался таким же бесконечным и проклятым.

– Зато здесь сухо, – с иронией заметил я.

Мы дошли до двери двадцать «А» и в очередной раз услышали фирменное мычание. Оно действовало своеобразно, заставляя каждый участок тела покрываться мурашками от страха.

– Откуда это? – звуки становилось только громче.

Я понятия не имел, куда именно нужно светить в определённый момент времени, поэтому состояние растерянности окутало меня с ног до головы. Из противоположной комнаты появился тот самый тёмный в келье, гордо закинувший за плечо свой огромный топор.

Из-за капюшона совсем не было видно его очертаний лица.

– Вы – жертвы, – замахнувшись топором, повторил он надпись, которую мы недавно лицезрели.

– Не дождёшься, – Эрик тут же сделал два уверенных выстрела в уровень его груди.

Губы сектанта так и остались неприкрытыми, продолжая нести что-то невнятное. Он всей своей массой безысходно рухнулся лицом вниз, оставляя за собой быстро растущую лужу крови.

– Вот чёрт! – выругался Эрик. – Ну, сами напросились! – он кивком головы дал сигнал, что нам следует продолжать путь.

В этот же момент времени почти из каждого второго архива стали появляться человеческие силуэты, издающие единую волну адского мычания. На пути к нужной нам лестнице их было всего четверо, а сзади целая тьма…

– Прорвёмся! – мой напарник очень хладнокровно и метко попал в голову первым двум, которые находились на расстоянии двух вытянутых рук.

– Ты где так стрелять научился?! – восторженно спросил я.

– Алиса – большой фанат стрельбы. Пришлось как-то приобщаться к этому делу…

Впереди нам по-прежнему преграждали путь двое тёмных.

– Чего ждёшь? Доставай пистолет! Мой – левый, твой – правый.

Я не стал церемониться, схватился за оружие двумя руками и практически без прицеливания нажал на курок два раза.

– Именно! – поддержал меня Бютнер. – Да ты просто кремень…

Первый этаж был целиком забит сектантами. Их арсенал оружия был довольно обширным: от гаечного ключа до куска дерева с прибитыми гвоздями.

– Да что ты будешь делать! Наверх! – Эрик сделал ещё два метких выстрела, немного расчистив путь к лестничной площадке.

Ситуация на втором этаже была такой же плачевной и безрадостной для нас. Так было и на третьем, и на остальных этажах… Они были везде и всюду.

Тем временем, мы поднялись на последний этаж лечебницы.

– Давай направо, – скомандовал Бютнер. – Серб, смотри, – он указал пальцем на забаррикадированную досками дверь, которую поначалу было довольно непросто заметить.

Стремительно подбежав к ней, мы прочли надпись «Запасный выход». Отлично, но нам нужно немного времени. Хотя бы ещё на несколько минут…

Эрик попробовал подцепить одну из дощечек руками, но попытка оказалась безуспешной. Он повторил. Снова неудача.

– Что стоишь? Помогай давай!

Я тут же кинулся на помощь, но даже наша совместная попытка снова потерпела фиаско.

– Отойди, – указательным тоном сказал я Эрику. – Руки здесь не помогут.

Я взял довольно приличный разбег и со всей силы ударил ногой по центру. Желаемая цель была достигнута ценой адской боль, которая оказалась чуть терпимее, чем я ожидал. Тем не менее, я по инерции присел на корточки, чтобы как-то сбалансировать болевой эффект.

– Да ты больной… – деликатно сообщил компаньон.

– Наверняка…

– Не сломал?

– Нет… Кажется, нет…

Эрик посветил фонариком вперёд, и мы поняли, что наше спасение теперь совсем близко.

– Может быть, всё-таки перебьём всех этих ублюдков? – иронично предложил Эрик.

– Не сегодня, – улыбнулся я.

– Тогда вперёд! Как говорится, через тернии к звёздам, – с той же иронией произнёс он, протягивая мне руку.

Я с трудом поднялся и зашагал за ним, слегка прихрамывая. Впереди нас ожидала широкая и просторная лестница, которая вывела нас на чердак. Нарастающее мычание свидетельствовало о том, что армия тёмных была совсем близко. Интересно, кто из них Навин?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Книжный вор
Книжный вор

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше.Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет – его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель.Так девочка оказывается на Химмель-штрассе – Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай.«Книжный вор» – недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу.

Маркус Зузак

Современная русская и зарубежная проза
Точка опоры
Точка опоры

В книгу включены четвертая часть известной тетралогия М. С. Шагинян «Семья Ульяновых» — «Четыре урока у Ленина» и роман в двух книгах А. Л. Коптелова «Точка опоры» — выдающиеся произведения советской литературы, посвященные жизни и деятельности В. И. Ленина.Два наших современника, два советских писателя - Мариэтта Шагинян и Афанасий Коптелов,- выходцы из разных слоев общества, люди с различным трудовым и житейским опытом, пройдя большой и сложный путь идейно-эстетических исканий, обратились, каждый по-своему, к ленинской теме, посвятив ей свои основные книги. Эта тема, говорила М.Шагинян, "для того, кто однажды прикоснулся к ней, уже не уходит из нашей творческой работы, она становится как бы темой жизни". Замысел создания произведений о Ленине был продиктован для обоих художников самой действительностью. Вокруг шли уже невиданно новые, невиданно сложные социальные процессы. И на решающих рубежах истории открывалась современникам сила, ясность революционной мысли В.И.Ленина, энергия его созидательной деятельности.Афанасий Коптелов - автор нескольких романов, посвященных жизни и деятельности В.И.Ленина. Пафос романа "Точка опоры" - в изображении страстной, непримиримой борьбы Владимира Ильича Ленина за создание марксистской партии в России. Писатель с подлинно исследовательской глубиной изучил события, факты, письма, документы, связанные с биографией В.И.Ленина, его революционной деятельностью, и создал яркий образ великого вождя революции, продолжателя учения К.Маркса в новых исторических условиях. В романе убедительно и ярко показаны не только организующая роль В.И.Ленина в подготовке издания "Искры", не только его неустанные заботы о связи редакции с русским рабочим движением, но и работа Владимира Ильича над статьями для "Искры", над проектом Программы партии, над книгой "Что делать?".

Афанасий Лазаревич Коптелов , Виль Владимирович Липатов , Рустам Карапетьян , Кэти Тайерс , Иван Чебан , Дмитрий Громов

Проза / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Современная проза / Cтихи, поэзия