Шюке на мгновение задумался. Перед его мысленным взором вихрем пронеслись события последнего времени и их участники: Человек в черном, убийство Акена, письма епископа, на которые тот так и не получил ответ, обнаружение забытой Богом деревни, три трупа в реке Монтею, приезд загадочного священника Энно Ги. А еще много, очень много других загадок, на которые верующие епархии тщетно пытались найти ответ… Все это казалось каким-то кошмарным сном.

— Ничего, — коротко ответил викарий.

Он даже придал своему голосу оттенок удивления.

— Уверяю вас, Драгуан — это крохотная епархия, в которой никогда ничего значительного не происходит. Я вообще не понимаю, из-за чего все всполошились.

Архивариус покачал головой, показывая тем самым, что и он этого не понимает. Затем он развернулся и пошел в свою комнату.

Шюке направился в регистрационную контору, разместившуюся на втором этаже. Там он в письменном виде сообщил о смерти епископа. Его тут же спросили, нельзя ли чем-то подтвердить данную информацию. Тогда он достал три кольца епископа, которые являлись символом его полномочий и теперь должны были перейти к преемнику Акена. Шюке ничего не рассказал об ужасных обстоятельствах кончины его патрона. Когда у него поинтересовались, нет ли у него с собой материалов по епархии, он посоветовал обратиться с данным вопросом к Корентену То.

Благодаря полученному от архивариуса талону Шюке удалось устроиться в гостинице архиепископства. Его разместили на четвертом этаже. Осмотрев предоставленную ему комнату, викарий мысленно отметил, что она больше по размерам и уютнее, чем келья епископа в Драгуане. Впрочем, здесь эта комната считалась самой что ни на есть обыкновенной. Из окна открывался вид на Сену и парижские крыши. Солнце стояло еще высоко, а потому жизнь в городе кипела вовсю. Шюке вознамерился было тут же отправиться искать дом, в котором жил де Моза, однако, взглянув на мягкий матрас на кровати, передумал. Сколько раз по дороге в Париж он мечтал о чистых простынях! Ему частенько приходилось спать сидя, от чего у него то и дело затекали ноги. Шюке затолкнул свой ящик под кровать и растянулся на постели прямо в одежде. Так он и проспал до середины следующего дня.

13

В монастыре Альберта Великого процесс очищения Эймара дю Гран-Селье начался с обычной анкеты. Эймар сначала даже подумал, что это просто какая-то шутка. В анкете были вопросы о его имени, возрасте, особенностях характера его родителей, о его родной стране, его титуле, его самом раннем воспоминании, о названии того места, где он сейчас находится, об имени короля Франции и Папы Римского, а также о том, что ему снилось в его последнем сне.

Сын Энгеррана ответил на эти вопросы очень быстро. Он оставил пустым лишь место для ответа на последний вопрос. Он сказал, что ему никогда ничего не снится. Дрона лишь пожал плечами, когда человек в черном (он все время находился рядом) перевел эти слова на его диковинный язык.

Затем Эймара отвели в подземелье и поместили в узкой келье, высеченной в горе. Его заставили раздеться донага и затем привязали к вертикальной деревянной доске, установленной перед высеченной в скале абсолютно пустой нишей.

Кроме Эймара, наставника Дрона и человека в черном, в келье не было никого и ничего. Оглянувшись по сторонам, Эймар не увидел ни плети, ни палки, ни щипцов.

Вскоре отворилась дверь и в келью вошел монах, волоча за собой стул. Он, даже и не взглянув на голого Эймара, расположился с абсолютно равнодушным видом в нескольких шагах от юноши. В руках у монаха была маленькая книжка. Он переглянулся с Дрона, открыл книжку и начал громко читать.

Страницы этой книги содержали еретические тексты, святотатственные высказывания и прочую чертовщину… Медленно, хорошо поставленным голосом, почти нараспев, монах вещал о всяких ужасах. Эймар не смог сдержать улыбку: он узнал некоторые широко известные отрывки, которые по его указанию торжественно зачитывались при проведении устраиваемых им тайных церемоний, в том числе во время его «венчания» с «Девой Марией». В тайных еретических обществах подобные сатанинские тексты пользовались такой же популярностью, как и апокрифические евангельские тексты.

«Не ахти какая пытка», — подумал сын Энгеррана.

Дрона кивнул стражнику. Тот направился к двери и впустил еще троих монахов. Они занесли в келью огромный чан, наполненный жидкостью темно-бурого цвета.

Эймар, прочно привязанный к доске толстыми ремнями, не смог воспротивиться, когда один из монахов раскрыл ему рот и зафиксировал челюсть в открытом положении с помощью специальных удил, которые он закрепил на уровне затылка юноши. Другой монах тут же засунул Эймару в рот длинную трубочку и пропихнул ее до нижней части пищевода. Затем эти мучители принялись вливать юноше через трубочку непосредственно в желудок странную жидкость из чана.