Ванесса посмотрела на мужа. Мрачное настроение Ричарда заставляло ее нервничать, и она понимала, что лучше не усугублять ситуацию, когда вот-вот прибудут две сотни гостей. Однако материнский инстинкт подсказывал ей, что нужно отвести Элис в дом.

– У вас есть фонарик, Питер? – спросила Ванесса. – Извините, я помню, что вам надо домой. Мне буквально на минуту.

Садовник кивнул, потянувшись к своему ящику с инструментами, вытащил фонарь и передал ей. Ванесса отправилась к началу подъездной дорожки, жидкая грязь хлюпала под ногами. Она поморщилась от мысли, на что теперь похожи блестящие красные туфли Элис.

Бах! Бах! Звуки выстрелов Альфи Джеймса эхом разнеслись в ночи. Ванесса вздрогнула, остановилась на полпути и обернулась, чтобы посмотреть на мужа, шагающего обратно к дому вместе с официантом.

– Это был трудный день! – крикнул ей Питер, поймав ее взгляд. – Не волнуйтесь, миссис Хилтон, в Доме викария скоро с этим покончат.

Ванесса кивнула, вновь разворачиваясь к дереву, подходя все ближе и ближе, и в глубине живота появилось чувство тревоги, когда она заметила, что из домика не пробивается свет.

Глава шестая

Ванесса

Четверг, 21 декабря 2017 года

Ванесса Хилтон стояла у окна своей спальни, наблюдая, как грузчики выносят из дома коробки, наполненные ее вещами. Она не понимала, что происходит. Наверное, Лео с Хелен затеяли малярные работы; они так давно не делали ремонт. Сдерживая слезы беспомощности, Ванесса посмотрела на озеро, пока мужчины внизу переругивались друг с другом. Воспоминания охватили ее, будто все произошло вчера.

Дом был так переполнен людьми, что Ванесса больше не чувствовала себя полноправной хозяйкой. Прибыли полицейские команды водолазов – они искали тело Элис в озере, но не нашли никаких ее следов. Это был самый очевидный сценарий – девочка забрела туда в поисках своего щенка; возможно, даже увидела, как он барахтается в воде и тонет. Вероятно, она кричала в ночи, звала на помощь, но дом дрожал от звуков рояля, был полон гостей и веселья – слишком много шума, чтобы услышать крики девочки.

Гостей пришло очень много, и Ванесса пренебрегла единственным человеком, за которым должна была присматривать. Она прокручивала все это в голове снова и снова, анализируя каждую деталь предновогоднего дня, вспоминая последние слова, сказанные ею дочери, и последние слова, которые Элис сказала ей. Кто последним ее видел – действительно ли Бобби Джеймс? Почему он никогда не признавался? Почти пятьдесят лет спустя Ванесса так и не приблизилась к разгадке, к тому, чтобы найти тело дочери или простить себя. Горе изменило свой облик, окутав собой всю ее жизнь – словно каменный плащ, который Ванесса носила каждый день. Элис будто присутствовала рядом. Она находилась в поле, на качелях и в своей спальне. Казалось, само Тисовое поместье стало ее дочерью, и Ванесса знала – ответ на то, что случилось с ее Элис, скрывается здесь.

– Ванесса! – услышала она голос Хелен, поднимавшейся по лестнице. – Вот вы где. Я не могла вас найти. – Невестка появилась в дверях, ее пальто было усыпано снежинками.

– Что все эти люди делают в доме? – спросила Ванесса. Хелен уставилась на нее широко раскрытыми глазами.

– Мы переезжаем, Ванесса, – мягко ответила она. – Продажа дома завершится завтра.

– Переезжаем? О чем ты говоришь? – Она видела, как Хелен напряглась и прикрыла глаза, пытаясь скрыть раздражение. Вероятно, они уже много раз обсуждали это раньше.

– Помните, мы решили, что так будет лучше для всех. Этот дом слишком велик, чтобы с ним справляться. Мы будем жить вместе, в доме во Франции, о котором вам рассказывал Лео.

– Но я не хочу ехать во Францию и продавать дом. Я не могу оставить Элис.

– Лео скоро придет, он просто поехал обсудить кое-что с Майком в офисе. Все это хорошо, Ванесса, поверьте.

– Хорошо для кого? – усмехнулась она.

– Мне очень жаль, но у нас нет выбора: бизнес не приносит достаточно денег, – поджала губы Хелен.

Ванесса хмуро взглянула на невестку. Мысли расплывались, но ей казалось, что Хелен стала еще более замкнутой, чем обычно, избегая оставаться с ней наедине. Она знала, что невестка не любит ее; это никогда не высказывалось вслух, но Хелен всегда была осторожна, не открываясь полностью и не давая понять, что у нее на уме. Брак с Лео являлся для нее выгодной сделкой. Ванесса была уверена, что знакомилась с родителями Хелен, но не могла представить их лица и вспомнить имена. Все, что она помнила, – это люди не из их круга. Ванесса считала, что Хелен недостаточно хороша для Лео. Невестке все это давалось слишком легко, а теперь, когда они решили продать дом и ей предстояло стать по-настоящему богатой, следовало бы проявить к свекрови немного уважения, доброты и сочувствия.