Есть много так называемых христиан, которые, если бы были откровенны, сказали: зачем говорить так прямо? Они также могли бы спросить, зачем Иоанну Крестителю нужно было говорить фарисеям: «Порождения ехиднины! кто внушил вам бежать от будущего гнева?» (Лк. 3:7). Зачем ему нужно было возбуждать гнев Иродиады, говоря Ироду о том, что тот поступал беззаконно, живя с женой своего брата? Предтеча Христа поплатился жизнью за то, что говорил правду в глаза. Разве не мог он пройти мимо, не навлекая на себя гнев живущих во грехе?

Так рассуждают мужи, которые должны быть верными хранителями закона Божьего, а тем временем на смену верности приходит приспособленчество, и грех остается неосужденным. Когда же снова раздастся в церкви голос праведного обличения?

«Ты — этот человек» (2 Цар. 12:7). Эти слова, которые так отчетливо были сказаны Нафаном Давиду, нечасто раздаются теперь с кафедры и встречаются в печати. Если бы они не были столь редким явлением, мы бы чаще видели проявление силы Божьей среди людей. Пусть вестники Божьи не жалуются, что их усилия не приносят результата, они и не будут иметь его, пока не раскаются в своей любви к похвале, в своем желании угодить людям, что приводит их к замалчиванию истины.

Те служители, которые желают говорить людям лишь приятное, которые говорят «мир, мир», в то время как Бог не говорил о мире, должны склониться перед Богом, прося прощения за свою неискренность и отсутствие моральной силы. Не потому они скрывают истину, вверенную им, что любят своих ближних, а потому, что любят себя и покой. Истинная любовь прежде всего ищет чести Богу и спасения душ. Имеющие в своем сердце такую любовь не будут скрывать истину, чтобы избавить себя от неприятных последствий откровенного разговора. Когда души находятся в опасности, слуги Божьи должны но думать о себе, а говорить то, что они обязаны сказать, не оправдывая и не смягчая зла.

Пусть каждый священник осознает святость своего призвания и работы, и проявит смелость, подобно Илие! Как на избранниках Божьих, на священниках лежит огромная ответственность. Они должны «обличать, запрещать, увещевать со всяким долготерпением» (2 Тим. 4:2). Представляя Христа на земле, им, как хранителям небесных тайн, следует поощрять послушание и предупреждать неповиновение. Мирские обычаи при этом не должны иметь для них никакого значения. Никогда не должны они сворачивать с пути, по которому им повелел следовать Христос, но с верой идти вперед, помня, что множество свидетелей окружает их. Им нужно произносить не свои слова, но слова, которые повелел им сказать Тот, Кто могущественней всех властелинов земли. Их слова должны быть: «Так говорит Господь». Бог призывает мужей, подобных Илие, Нафану, Иоанну Крестителю, — мужей, которые бы смело говорили истину, хотя бы ради этого им пришлось принести самые большие жертвы.

Бог не может рассчитывать на тех, кто в момент опасности, когда необходимо проявить смелость, твердость и увлечь людей за собой, боится занять решительную позицию, защищая истину. Он призывает мужей, которые бы с верой сражались против всего нечестивого, которые вели бы борьбу против начальств, против правителей тьмы мира сего, против духов злобы поднебесных. К ним в свое время будут обращены следующие слова: «Хорошо, добрый и верный раб!.. Войди в радость господина твоего» (Мф. 25:23).

Глава 11

Кармил

Стоя пред Ахавом, Илия потребовал, чтобы на горе Кармил собрался весь Израиль и пророки Ваала и Астарты. «Пошли, — повелел он, — и собери ко мне всего Израиля на гору Кармил, и четыреста пятьдесят пророков Вааловых, и четыреста пророков дубравных, питающихся от стола Иезавели».

Это повеление отдал тот, кто, казалось, находился перед лицом самого Иеговы, и Ахав с такой стремительностью повиновался ему, как если бы Илия был монархом, а он, царь, его слугой. Во все концы царства были разосланы гонцы с поручением собрать народ для встречи с Илией и пророками Ваала и Астарты. Из каждого города и селения шли люди к назначенному месту встречи. Сердца многих были охвачены странным предчувствием. Что-то необычное должно было произойти, иначе что означало это повеление собраться всем на Кармиле? Может быть, новое несчастье постигнет их страну?

До засухи гора Кармил представляла собой чудесное место с потоками, пополняемыми вечнотекущими источниками, с плодородными склонами, усеянными прекрасными цветами и роскошными рощами. Но под действием губительного проклятия вся эта красота исчезла. Жертвенники, сооруженные для поклонения Ваалу и Астарте, стояли теперь в обнаженных рощах. На одной из самых высоких вершин горы находился разрушенный жертвенник Иеговы.