Читаем Пророчество Сингамара полностью

Вот они уже оказались в большом зале. Скелетов стало непроходимо больше. Орки, что смахивали с себя уже третий пот, не переставали размахивать оружием так, словно оно жгло им руки. Пронту пришлось признать, что многие орки являются великими воинами и не хотелось бы вставать у них на пути.

– Люди! – раздался окрик Шварта. – Хватайте хоть какое-нибудь оружие! Хватит стоять столбами! На всех хватит.

Пронт растерянно кивнул и оглянулся, под ногами лежали груды костей, между ними болтались щиты и копья. Но он все искал меч. Хоть какой-нибудь. Вскоре он появился, крупный, изъеденный ржавчиной. Не раздумывая, Пронт схватил его обеими руками и прыгнул вперед, где орки расчищали путь к выходу. Рядом уже размахивал копьем Лосет. Кости смачно захрустели под ударами тяжелого меча. Пронт ощущал его дрожь, когда он вгрызался лезвием в кости нападавших, превращая их в прах.

В появившийся просвет он увидел выход наружу. И лишь ступив на первую ступеньку, он понял, что скелеты закончились. Только позади еще слышался хруст костей и пыхтение пары орков. Тинорт и Кимаган бежали впереди, один освещая дорогу, второй – спасая собственную шкуру вождя, вероятно. Шварт шел в шаге впереди людей, все еще ошарашенно озираясь и держа оружие наготове.

Оказавшись снаружи, Пронт не удержал подступившие к горлу потоки рвоты. Как и совершенно белый Лосет. Лучник мог хоть сейчас лечь в снег и исчезнуть из виду.

Ожившие мертвецы не выходили за границу усыпальницы. Челюсти их с жутким стуком щелкали друг о друга, когда те словно пытались что-то прокричать похитителям шлема. Зеленоватый свет из их глаз ненавидяще сверлил именно Пронта, в наплечном мешке которого находилось сокровище, что они охраняли. Но, по-видимому, заклятие, дающее им жизнь, работало только внутри гробницы.

– Надо уходить, – запыхавшимся голосом приказал Кимаган. – Сжечь бы этот склеп, да не получится – голый камень.

Пронт кивнул, все еще пытаясь прийти в себя и отвернуться от десятков зеленоватых огней, что буравили его насквозь. Орки что-то рычали в лес. Львы, вспомнил Пронт. И правда, на зов с разных сторон сбежались огромные кошки. Почти у всех морды были испачканы свежей кровью. Ну, уже хорошо. Сытый лев не набросится на седока. Хоть орки и были убеждены, что львы приручены и не нападут на хозяина. Вот только ни Пронт, ни Лосет не были их хозяевами. Сзади затрещали кости скелетов, что ломились наружу, выталкивая на улицу стоявших впереди. Уже не раздумывая, Пронт запрыгнул на своего льва и поспешил тронуться в путь.

До Тирвана они добрались в разгар дня. Всего несколько часов после полудня. Кимаган по прибытию даже не стал отправлять Пронта и Лосета в покои к остальным. Сразу потребовал накрыть для всех шестерых обеденный стол. Нервы нужно было успокоить.

Шлем он потребовал отдать подбежавшему орку. Пронт не видел смысла спорить, уж если Кимаган и решит не вернуть ему доспехи Ринола, то тут уже ничего не поделаешь. Десять мужчин и волшебница не смогут выстоять против тысяч орков, занявших этот город.

Обед был достаточно съедобным. Хорошо прожаренное мясо, орочье горьковатое пиво, хлеб, какие-то овощи. Насколько помнил Пронт, в Хотии так питались зажиточные крестьяне.

После обеда Кимаган, не вылезая из-за стола, принялся рассказывать Пронту про войну с людьми. Судя по всему, орк изрядно захмелел от пива. Выпил он, к слову, стаканов семь, если не все девять. Но столь же захмелевший Пронт (не откажет же он хозяину в его доме от гостеприимства) слушал его с удивительным любопытством. Хоть он лично и вел войска людей против орков, ему было интересно узнать о войне с другой стороны.

Как оказалось, люди, и правда, выглядели необузданными животными, в сравнении даже с этими воинственными варварами. У орков и эльфов давно сложился негласный свод военных правил. Вопреки своей внешности, орки не были убийцами. Они старались сражаться честно. Ни один орк не убьет эльфа за просто так. Либо месть, либо война. К слову, орки вообще оказались неплохими ребятами. Единственным пугающим в орках оказалась их тяга приносить тела врагов в жертвы своим богам.

Они сжигали на кострах заживо в честь Эквира, варили в масле во имя Фаэльт, сбрасывали со скалы для Филадор, отправляли на ветхих плотах в грозу, скармливая души Равиру. А сражались они с именем Деланы на губах. Убивая ради самой смерти. Но и это входило у них в понятие чести. Орки не резали всех напропалую, а приносили по одной жертве от клана каждому богу единожды за сезон. Это выходило около полутора сотен человек в год. Казалось бы, немало. Но люди за последние полгода убили уже десяток тысяч орков. С этой стороны люди действительно выглядели дикарями. Если бы все началось не так бурно, то, возможно, все три государства жили бы в сравнительном согласии. Периодически грабя пограничные деревни и города, как это всегда было между Тиризом и Эрмиллионом.