Читаем Пропасти улиц полностью

Про Татум ходило множество слухов. Например, что она перевелась из другого универа, потому что спала с учителем вдвое ее старше, или что ее бывший парень – криминальный авторитет с руками по плечи в крови, и много чего еще. И хоть Ева в слухи не верила, осадок оставался.

Из их компашки с Татум пересекалась только Надя: Славянова хорошо налаживала контакты. Остальные же, подходя к Дрейк ближе, чем на два метра, напарывались на жесткий взгляд, больше похожий на штык, и не совались дальше.

Тат общалась с несколькими девчонками с третьего курса и на обеде сидела только с сестрой: она не была популярна в обычном смысле этого слова – не зависала в шумных компаниях и не состояла ни в одной группе.

Просто если бы в университет перевелся новенький, ему, как в американском кино, сказали бы: «Смотри, здесь у нас ботаны, качки, готы, это – Примусы, это – отличницы, а это – Татум Дрейк. Добро пожаловать».

Поэтому глаза у Маричевой округлялись все больше, когда Дрейк не изменила своей траектории и направилась прямо к их столику. Может, она пришла к Наде?

– Доброе утро, дамы! – Татум улыбнулась присутствующим.

– О, привет! – Надя удивленно вскинула брови и коротко обнялась с Дрейк, пока другие подозрительно косились на девушку.

– Как жизнь молодая?

Ева подумала, что перепила и похмельное сознание увело ее не в ту сторону, ведь Татум Дрейк не могла стоять тут и интересоваться у компании неудачников, как у них дела, да еще и в такой своей знаменитой манере.

Маричева не считала себя или своих друзей неудачниками: это был их социальный статус по сравнению с недосягаемой вершиной под названием «Примусы». Хотя одного из них на прошлой вечеринке не волновал ничей социальный статус, когда он зажимал Еву в углу своего дома. Маричева невольно улыбнулась.

– Хорошо, а у тебя как? – Первой «отмерла» Вика и, кинув журнал со злополучной астрологией куда-то назад, вскочила со своего места, потом села обратно: не обниматься же она полезет.

– Пока все живы. – Дрейк задорно улыбнулась, обводя всех взглядом, мол, почему как неродные? – Так какие планы?

Девчонки неуверенно переглянулись, инициативу перехватила Катерина.

– Ты о чем? – Она поджала губы, но смотрела уверенно, с вызовом, хотя сейчас Татум казалась Еве весьма дружелюбно настроенной.

Она улыбалась, смотрела на них без раздражения и крутила в руке всего лишь телефон, а не перочинный ножик – поговаривали, что она такой носит, крепя на кромке чулок.

Маричева неосознанно бросила взгляд на ноги Дрейк: она, как всегда, была на высоких каблуках и в обтягивающей черной юбке-карандаш.

«Не, бред какой-то, под такой обтягивающей тканью нож было бы заметно».

Она мотнула головой, отгоняя идиотские мысли. Чертовы сплетники, они уже в ее голове – конечно же, у нее нет ножа.

«Ага, только железный характер, умение подчинять и внешний вид, которым она может закопать любую конкурентку и без лезвия».

– Ты им не сказала? – Тат изумленно посмотрела на Надю, та непонимающе открыла и закрыла рот.

– Я думала, ты пошутила.

Она правда думала, что Дрейк пошутила, потому что в начале года ясно дала понять, что подобное времяпрепровождение ее не интересует.

– Пошутила? Господи, Славянова, – засмеялась Тат, – будь это шутка, она была бы так себе, а ты знаешь, что это не в моем стиле. – Дрейк хлопнула блондинку по плечу и плюхнулась на скамейку рядом с Евой. – Мы официально не знакомы, я Татум. – Она вновь улыбнулась, протягивая руку для рукопожатия девчонке.

– Мы знаем, – забавно пропищала Вика и осеклась, когда Татум очередной раз залилась смехом.

– Ева. – Девчонка наконец отошла от шока, протянула руку Дрейк.

– Мне очень приятно, – подмигнула Тат и обратилась к Вике: – А я тебя помню: мы обнимались на той вечеринке. Ты подружка Марка, да?

Ева подумала, что с ее порогом социальной активности – два по десятибалльной шкале – она значительно обходила Дрейк. Потому что назвать Вику девушкой Марка Примуса мог действительно только пещерный человек. И не только потому, что Марк не достоин милой блондинки-батарейки, а потому, что… это же Сухоруков. Который Примус. Все были в курсе, почему реплика Дрейк прозвучала как жестокая шутка, кроме нее самой.

– Ну, не совсем, – замялась Вика, думая, как правильнее выразить свою мысль, но Дрейк ее перебила с улыбкой:

– Поняла, не мое дело. Вернемся к тому, что наша Мэрилин вам не рассказала. – Тат бросила смешливый, укоризненный взгляд на Надю и повернулась к девчонкам. – Если по счастливой случайности у вас осталось свободное место, то я бы хотела присоединиться к вашей компании.

Ева зареклась больше не пить в таких количествах, потому что это уже не лезло ни в какие ворота. Не то чтобы Маричева была против, просто сейчас Дрейк выглядела действительно милой и настроенной на контакт, хотя обычно Татум казалась… как бы это помягче сказать… сукой?

– Посмотрим, что мы сможем с этим сделать. – Ева улыбнулась Тат, давая понять, что если она действительно хочет общения и тепла, то пришла по адресу.

– Шарф – отпад просто! – Дрейк улыбнулась в ответ, достала из сумки фляжку, незаметно показывая ее Маричевой.