<p>Любовь Левшинова</p><p>Пропасти улиц</p>

<p>Глава 1. Мрачное беспокойство</p>

Штат

Девчонка нахмурилась, отступив на шаг к личным ящикам в раздевалке. Подружки рядом покосились в сторону, с подозрением замерли.

Пачкая свежей осенней грязью пол, стремительным шагом к школьницам направлялась Тень. Черные рваные джинсы, пыльная куртка, большой капюшон – Маша лица не видела, но насторожилась сильнее остальных. Возможно, ее дерзость наконец заимела последствия.

Тень остановилась в двух шагах от компании, бросила взгляд через плечо, распугивая зевак в коридоре. И оказалась девушкой. Старше их на несколько лет – старшеклассницей или студенткой. Хрустнув шеей, она скептично дернула бровью, сбрасывая капюшон.

Длинные светлые волосы рассыпались по плечам, изучающий взгляд исподлобья усилил пугающий демонический образ. Она ловким движением соорудила на затылке пучок, сложила руки на груди, языком провела по ссадине на губе. Бледный желтый синяк на щеке подсказывал присутствующим, что лучше не дерзить: такая и получить, и врезать может.

Блондинка посмотрела прямо на Машу, пока та отчаянно храбрилась, затем зыркнула на ее подружек. Строго, безапелляционно, с насмешкой. Девочки пискнули и разлетелись, упорхнув в разные кабинеты. Маша сделала выводы.

Она догадывалась, кто это. Возможно, на прошлой неделе она вылила яблочный смузи не на ту серую мышку. За эту придется отвечать. Но она так просто не сдастся.

Тень усмехнулась. Оглядела девчонку с головы до ног, заметила веснушки на носу, темные крупные кудри, брендовую сумку на плече. Маленькая девочка из благополучной семьи, решившая, что ей все должны. Как вообще к тринадцати можно вырасти такой сукой?

– По смирению в твоих глазах я так понимаю, ты и есть Маша. – Блондинка наклонила голову вбок, хриплым, вкрадчивым голосом преображая свою бандитскую внешность, припудренную интеллектом.

Девчонка вздернула подбородок.

– Мария, да, – гордо заявила она.

Тень усмехнулась.

– Да плевать. Девочек маленьких зачем обижаешь? Пороли в детстве мало? – мягко поинтересовалась она, оттесняя ту к шкафчикам. – Придется извиниться, Мария. Искренне.

Девчонке стало не по себе. Незнакомка своей внутривенной агрессией вселяла страх. Казалось, подойдет ближе – откроет огромную пасть и проглотит ее целиком, не оставив косточки. Маша подняла глаза на девушку, зацепилась взглядом за потекшую тушь на щеке блондинки, задумалась.

На смену страху голову начала поднимать злость.

Ей будет угрожать какая-то оборванка с бандитским оскалом? Ей? Ну уж нет.

– Не сегодня, – презрительно фыркнула она и отвернулась, открывая ящик на замочке.

Коленки дрожали, но Маша стойко продолжала заниматься будничными делами, перекладывая тетради в сумку, будто Тени за ней не было.

Она почти выиграла – нужно только держаться. Что ей сделают в школьной раздевалке?

Блондинка устало вздохнула, пальчиком постучала Машу по плечу. Та обернулась.

– Сегодня, – кивнула Тень утвердительно, молниеносно хватая девчонку за волосы одной рукой, второй придерживая дверцу ящика.

У Тени в школе таких раздевалок не было. Напоминало детсад, но все лучше, чем общественная раздевалка, где процветало воровство.

Через мгновение голова с дверцей встретились. Коротко, больно, стремительно. Маша судорожно вдохнула, хватаясь за голову, но блондинка рассматривала отсутствующий маникюр, будто ничего не случилось.

В глазах Марии закипели слезы, внутри все оборвалось от ужаса, боли и безысходности. Голова гудела. Тень поймала растерянный взгляд девчонки своим и не отпустила. Сделала шаг вперед, подходя вплотную. Вновь заинтересованно наклонила голову вбок. Улыбка и ледяное спокойствие вгоняли в панику.

– Из-за звона в ушах ты могла не расслышать, – сочувствующе покачала головой бандитка, – но извиниться нужно сегодня. Иначе твой череп пройдет еще один краш-тест. В этот раз – со столярным молотком. Услышала?

В металлической дверце осталась вмятина от ее головы, с молотком встречаться не хотелось. Мария сглотнула. Эта психопатка ее может прикончить, вера в это была крепка. Девчонка кивнула.

– Словами, Мария… – Тень придавила к полу ледяным тоном.

– Я извинюсь сегодня.

– Веди себя хорошо. – Она подмигнула оседающей в истерике на пол девчонке. – Желаю тебе больше со мной не видеться.

И растворилась в школьных коридорах.

Штат

– Ты где была? – Виктор облокотился на ограду, закурил.

Блондинка пожала плечами. Его требовательный тон Штат не устраивал, но она ничего не сказала поперек.

– Можешь передать сестре, что задиры из параллели ее больше не тронут. – Штат отняла у парня сигарету, глубоко затянулась.

Виктор нахмурился.

– Ласточка, ты что, наехала на этих пигалиц? По-настоящему? – Он звонко рассмеялся, качая головой, будто не верил в сказанное.

Говорил размеренно.

– Доходчиво объяснила, почему нельзя обижать маленьких. – Она закатила глаза. – Чтобы ты эту мелкую ножом в подворотне не пырнул за вылитый на голову Лизы смузи.

Что-то внутри неприятно скребло по сердцу. Что-то в ее жизни шло не так, только она не могла понять, что именно.