Меньшевики пытались вырвать рабочих активистов из ленинского влияния. «Я помню, как Сережников пригласил меня к себе, – вспоминал Николай Мосин после революции, – стараясь совместно с Шендриковым уговорить меня, что я и все мои товарищи рабочие глубоко ошибаются, признавая правильной точку зрения Ленина, так как это поведет к более сильным репрессиям». Мосин не поддался. «Собравшись на квартире ссыльного рабочего Яна Янулевича на 2-й Бакалдинской улице, – продолжал он, – мы дали окончательный бой Шендрикову и Сережникову, а также вилявшему в то время между этими двумя организациями Редкозубову».[347]

Сапожников, Шендриков и Редкозубов были умеренными социал-демократами, стоявшими на меньшевистской платформе, и по ходу повествования они нам еще встретятся.

Поводом к разрыву стала финансовая история. Редкозубов потребовал передать ему деньги за распространение «Искры», сообщив, что действует от лица «уполномоченного представителя». Денег ему никто не дал, но после инцидента общение между группами практически прекратилось.

После второго съезда партии (август 1903) искровцы потребовали от меньшинства строгого выполнения решений съезда, на котором как раз победили ленинцы. Требование включало в себя «прекращение непроизводительной затраты сил и средств партии на расходы по агитации меньшинства», то есть по полную капитуляцию. Меньшинство потребовало включения Сережникова в состав комитета партии, что уж точно не соответствовало планам большевиков.

Контролируемый Лениным ЦК партии поддержал, разумеется, своих. В ответ на это Сережников и его товарищи создали ту самую «Волжскую группу». Побывавший в Астрахани представитель центральных партийных органов писал Крупской: «В Астрахани теперь комитет и группа. 1 – большинство. 2- меньшинство. Страшно свирепы одни на других».[348]

Листовочная волна и первые забастовки

В октябре 1903 года социал-демократы начали листовочную кампанию. Отдельные прокламации были выпущены к бондарям, пекарям, портным, столярам, приказчикам, армянам, а также к солдатам Царевского батальона, расквартированного в Астрахани. К служащим винного склада по городской почте была направлена брошюра РСДРП о пенсионной кассе с призывом свергать самодержавие.

О приказчиках надо сказать пару слов отдельно. В торговой Астрахани именно они были ударной силой социального движения. Зародившись как цеховое объединение еще в августе 1882 года, профсоюз приказчиков обладал разветвленной сетью активистов и имел опыт отстаивания общих интересов.[349] Проблемой союза, правда, было то, что он объединял как обычных продавцов, так и менеджеров среднего и высокого звена.[350]

Фото 34. Всеобщая стачка иваново-вознесенских рабочих 1905 г. Фрагмент диорамы. Ивановский государственный историко-краеведческий музей.

Агитация социал-демократов имели результат. Среди бондарей вспыхнула забастовка. Впервые работодатели столкнулись с требованием сокращения рабочего дня. Они удивились. На самом деле удивляться надо было тому, что требование не возникло раньше, так как рабочий день у сдельщиков длился по данным жандармерии (!) 16–18 часов. Бондари требовали ограничения времени работы 10-ю часами.[351]

Стачка длится месяц, агитацию за нее в коллективах вел Виктор Сережников. Лидер забастовщиков социал-демократ Михаил Буковский был арестован и брошен в тюрьму. Но губернскому правительству пришлось пойти на уступки и распространить на бондарные мастерские закон для фабрик и заводов. Рабочий день теперь сократился до 11 ½ часов.

Вдохновленные успехом, социал-демократы усилили листовочную кампанию. С ноября 1903 года по июль 1904 года было напечатано и распространено 20.000 листовок, имевших очевидный успех в коллективах.

Откуда было финансирование? Ответ на этот вопрос дает отчет о движении денежных средств Астраханской группы РСДРП за второе полугодие 1904 года. Из него следует, что приход составил 405 рублей, из которых 120 рублей дали членские взносы, а остальное – разовые сборы от предприятий, «Красного креста» и даже городового.[352] Давали деньги и представители имущего класса, еще не имевшие собственной организации в виде партии кадетов.

Год 1904-й. Первая волна арестов

В марте астраханские эсдеки рискнули провести массовое собрание, чтобы обсудить раскол партии. Основным докладчиком был иногородний гость, и обсуждение затянулось, причем ленинцы оказались в большинстве, но собраться на следующий день уже не довелось: в ночь на 9 марта полиция провела одновременные обыски в квартирах астраханских социал-демократов.

«Они врывались в квартиры по 10–15 человек, стаскивали с постели спящих, раздевали их донага и вообще издевались», – рассказывали потом социалисты.[353] Обыски были безрезультативны, но продемонстрировали социальный состав астраханской группы РСДРП. Среди ее членов были жестянщики, масленщики, токари.