Читаем Прометей № 3 полностью

Пока одни опытные товарищи обучали обращению с оружием боевые группы, другие были объединены в специальные подрывные группы. Это были настоящие профессионалы – всем платили, ничем другим участники подрывных групп не занимались и были очень тщательно глубоко законспирированы. Участники группы не знали количество, состав группы, место жительство участников. В организованной Латвийским ВРК группе всего было 16 человек. Они были разделены на три направления: Рига – Елгава, Рига – Крустпилс, Рига – Валка. В задачи подрывников входило уничтожение мостов и железных дорог по прямому указанию Латвийского ВРК. Руководил группой член Рижского ВРК Вилюм Зиле (Имант).

В конкретной операции участвовало 3–4 человека. Члены подрывной команды проходили через вражеские кордоны, затем отходили после исполнения задания через болота и леса под угрозой разъярённых преследователей на конспиративные квартиры. Ко всему необходимо добавить жёсткие погодные условия – основная деятельность подрывников пришлась на осень-зиму 1918 года. Опасность и смерть грозили им на каждом шагу: «Членам группы взрывников всегда приходилось делать большие круги за городом, но все эти трудности преодолевались, все по законам военного времени. Были случаи, когда участники после выполнения задания приходили домой с мозолями и ссадинами на ногах, не спавшие и утомлённые по несколько ночей, но борьба не жалела уставших, им сразу давали новые задания, и участники отправлялись в путь снова для выполнения задач Военно-революционного комитета».[1]

Разведка и подрывная группа работала рука об руку. Связи с революционными немецкими солдатами позволяли эффективно дезорганизовывать действия немецкого командования и буржуазного правительства.

Фото 41. Группа стрелков и командиров 1-й бригады, сентябрь 1919 г. В центре – командир Ф. Калниньш

Фрицис Шнейдер (Индрикис) так охарактеризовал деятельность группы: «Об их отваге лучше всего свидетельствуют буржуазные газеты, вышедшие в декабре месяце, которые чуть ли не в каждом номере пишут об агентах большевиков: они снова и снова взрывают железные дороги или железнодорожные мосты, спускают с рельсов целые составы».[39]

Дадим слово одному из членов подрывной команды Янису Грикису (Крауклитис) [40]: «Деятельность нашей боевой группы началась осенью 1918 года по распоряжению нелегального Военно-революционного комитета Риги. Рижский пролетариат готовился к вооруженному восстанию и ждал прихода стрелков из России. В районах организовывались боевые группы, люди учились владеть оружием. Задачей нашей подрывной группы было добиться дезорганизации в тылу немецких войск и не только помешать немцам подтягивать войска, подвозить боеприпасы, продовольствие, но и задержать вывоз из Прибалтики награбленного добра.

Подрывники сознавали, какой огромной важности задание им поручено, они были готовы на все и ни минуты не колебались. Поздней ночью собирались у инструктора, который обучал их обращаться со взрывчаткой и оружием. Благодаря энергичным действиям группы немцы в последние дни декабря даже подумать не могли о том, чтобы увозить награбленное добро и военное снаряжение: им приходилось спасать свою шкуру».[41]

Вот как описывает Грикис одно из заданий: «Мы идем к Крустпилсской железной дороге в 25–30 километрах от Риги.

Наконец мы у цели. На закате изучили окрестность. Ясно слышна орудийная канонада.

Неподалеку в имении – жандармское гнездо, а значит, наше отступление под угрозой. Помочь нам уйти от преследователей может только лес. Для полицейских собак мы припасли французский скипидар.

Остановились в чаще. Мороз сильный, а одеты мы легко. Рискнули: в низинке разожгли костер и жадно прильнули к нему со всех сторон. Кто-то из товарищей ушел понаблюдать, не заметен ли огонь издалека. Но вернувшись, сообщил, что нет, ничего не видно, лес очень густой.

По дороге до поздней ночи двигались немецкие воинские части. Канонада со стороны фронта усилилась.

Смотрим на часы. Время идет – уже полпервого. Одна группа, четверо человек, ушла туда, где дорога круто поворачивает, вторая – к мостику.

Без пятнадцати час все мы принимаемся за работу, и ровно в час ночи в холодном зимнем воздухе раздаются два громовых удара. В свете бледного пламени высоко вверх взметнулись стальные болты и куски рельсов.

Затаив дыхание, мы остановились.

– Удалось!

Когда были уже верстах в двух от места взрыва, еще раз остановились и прислушались, не услышим ли в противоположной стороне от Риги такие же взрывы. Так и есть!

Отступать по едва заснеженной земле нетрудно. Но следы! Нам грозит преследование. Еще раз натираем подошвы скипидаром и делимся по двое. В имении взлетает вверх несколько ракет, значит заметили. Вдалеке слышится шум. Дороги окружены. По полям, лесам и оврагам мы под утро добрались до рижских предместий. Войти в Ригу смогли только засветло, когда мы с Ансисом Нейманисом (Джек) направились в чайную позавтракать».[42]