Читаем Проклятие полностью

– Отговорки, – резко перебил его Лоинген. – Юный Шарфенек прав, ты слишком мягок, Филипп. Если владения у тебя невелики, то и подати следует поднять до соответствующего уровня. – Он перегнулся через стол и понизил голос. – Кайзер снова сражается с проклятыми французами в Италии, тебе и самому это наверняка известно. Король Франциск, может, и проиграл выборы, но до сих пор считает себя лучшим правителем для Европы. А Карл не так уж прочно сидит в седле, как может показаться! Германские князья всегда принимают ту сторону, от которой им больше пользы. А поэтому каждый из нас должен внести свой вклад, пусть и такой вот мизерный. – Лоинген кивнул на графа: – Его сиятельство как раз предоставил в распоряжение герцога роту ландскнехтов.

– У меня нет ландскнехтов, Рупрехт, – проворчал Эрфенштайн. – У меня три стражника и пьяница-орудийщик – вот и весь гарнизон.

– А орудийщик толковый? – с любопытством спросил Лоинген. – Может, он…

– Хорошо, если он сам как-нибудь не подорвется.

Управляющий вздохнул:

– Тогда тебе, хочешь не хочешь, придется платить. – Он по-приятельски наклонился к рыцарю: – Филипп, подумай немного! Десятина, оброк, барщина, гужевой налог – всегда что-нибудь отыщется. Я сам готов идти навстречу, ради нашей старой дружбы хотя бы. По мне, так подними плату за переправу!

– Ха, для начала надо усмирить рыцарей-разбойников, – ответил Эрфенштайн и снова потянулся к вину. – Пока Ганс фон Вертинген творит на переправе свои бесчинства, торговцы так и будут объезжать наши края. Недавно этот пес мою дочь едва на схватил.

– О вашей дочери я наслышан, – заметил граф Шарфенек, с аппетитом обгладывая фазанью ногу. – Она, должно быть, неземной красоты, хоть и… – он широко улыбнулся и вытер рот. – Хоть и чудная немного.

– Она в меня пошла. Мы, Эрфенштайны, всегда были себе на уме.

Филипп фон Эрфенштайн старался сохранить невозмутимый вид, но внутри него все кипело. И чего этому богатому выскочке вздумалось порочить его дочь! Хотя он и сам вынужден был признать, что Агнес в некотором отношении и вправду вела себя довольно странно. Хотя бы кожаные штаны следовало ей запретить…

– Что же касается этого разбойника, Черного Ганса, – взял слово Рупрехт фон Лоинген, подливая вино себе и графу, – приструни эту свинью, Филипп. Это не должно составить труда. Насколько я слышал, крепость его в плачевном состоянии, и из людей у него осталось всего несколько ублюдков.

– Черт возьми, Рупрехт! – Эрфенштайн с такой силой грохнул кубком, что вино выплеснулось на стол. – Ты же сам раньше осаждал крепости! Как ты себе представляешь это с четырьмя солдатами? Сам слышал, что я не могу позволить себе ландскнехтов. А с тех пор как император упразднил право войны, мне все равно не дадут развязать вражду.

– Разве что ты испросишь для этого разрешение герцога, – бросил Лоинген и склонил голову. – Хотя сомневаюсь, что его светлость выделит для тебя людей, раз уж ты даже податей выплатить не в состоянии.

– Так возьмите моих.

Шарфенек произнес это так тихо, что Эрфенштайн не сразу уловил смысл сказанного.

– Что вы сказали?

Молодой граф кивнул:

– Вы не ослышались, Эрфенштайн. Мои люди в вашем распоряжении. Как только получите разрешение герцога, они двинутся в бой под вашим знаменем. У меня три дюжины испытанных в бою ландскнехтов. Этого должно хватить, чтобы расправиться с горсткой ублюдков.

Эрфенштайн недовольно заворчал:

– Если Вертинген запрется у себя в Рамбурге, его и целой армией оттуда не выкурить. Крепость так легко не возьмешь. Старый Ганс фон Рамбург несколько лет назад продал ее Дальбергерам. Но те выставили лишь один караул, и Вертинген тут же на них напал… – Он глотнул еще вина. – Черный Ганс, может, и пес проклятый, но в военном деле смыслит.

Граф Лёвенштайн-Шарфенек нахмурился:

– Так вы хотите отвергнуть мое предложение?

– Филипп, по-моему предложение графа более чем великодушно, – вмешался Рупрехт фон Лоинген. – Подумай: если ты одолеешь фон Вертингена, переправа снова будет безопасной. Кроме того, тебя ждет добыча. И тогда ты разом сможешь расплатиться по всем долгам.

– А разрешение герцога?

Управляющий пожал плечами:

– Об этом я сам позабочусь. – он хитро ухмыльнулся: – Правда, за это мне кое-что перепадет из добычи, договорились?

Эрфенштайн вперил в графа недоверчивый взор единственного здорового глаза. Тот, скрестив руки на груди, с насмешливым выражением лица ждал ответа. Фридрих фон Лёвенштайн-Шарфенек был родом из влиятельного семейства. Его отец был внебрачным сыном прежнего пфальцского курфюрста. Эрфенштайн видел Фридриха лишь пару раз во время приемов при дворе. Он был самым младшим из десяти детей и прослыл мечтательным бездельником. До сих пор юноша держался в тени отца, и его внезапная решимость застала рыцаря врасплох.

– И? – нерешительно спросил Эрфенштайн. – Что вы потребуете взамен?