Читаем Проклятая усадьба полностью

– Да нет, просто еще раз акцентировал, чтобы я не расслаблялся с этим убийством. «Приложил усилия» и прочее в таком духе, – с ходу нашелся Гуров. – Кто-то там, из верхнего начальства, чем-то очень недоволен. В рядовом, незначительном происшествии, которое в течение пятнадцати минут должно приводиться к знаменателю, – жертвы. Да еще со стороны полицейских.

– Непорядок.

– Вот именно. Сказал, чтобы я активизировался и не тянул. А чего тут тянуть? «Глухарь», он и есть «глухарь».

– Да-а, кругом проблемы. Покой нам только снится, – философски подытожил Крячко. – Вон, Паша тоже сегодня жаловался. Выехали на задержание, а там подстава.

– Как это?

– А так. Про Кота слышал?

Довольный, что без каких-либо специальных «наводок» с его стороны Крячко сам вышел на нужную тему, Гуров с равнодушным видом спросил:

– Это тот, что в авторитете?

– Он самый. Неуловимый наш. Уж сколько за ним гоняемся, и все впустую.

– И ты гонялся?

– Было дело. По нему столько народу работало – проще сказать, кто не гонялся. Разве что ты вот только этой участи минул. Умудрился как-то.

«Не потому ли утекает информация, что так много народу», – между тем про себя думал Гуров, а вслух спросил:

– И что, снова не поймали?

– Представь себе! Была информация, что к другу он вчера вечером приезжал на праздник. Бал-маскарад какой-то там у них, костюмированный. Вот под этим соусом Кот туда и явился. Типа – я в костюме, меня никто не видит.

– В костюме кота?

– Нет, другого кого-то. Кота – это уж больно хорошо было бы. А он нет. Арлекином, кажется, нарядился. Да, Паша говорил, Арлекином.

– Какой Паша?

– Сидельников, майор. Да ты его знаешь. Он на задержание выезжал. Говорит, прямо перед операцией вызвали, дали адрес – езжай. Не объяснили, не предупредили. Сказали, человек в костюме Арлекина. Синий с красным. Ромбы. Он эти ромбы-то сцапал, маску снял, а там салага какой-то. Мальчик. А этот друг-то, хозяин банкета, понял, что органы в лужу сели, осмелел, давай кричать. И праздник-то ему испортили, и жаловаться-то он будет. Паша, бедный, приехал, чуть не плачет. Там у них вся эта петрушка, похоже, на видео снималась, теперь, говорит, носу никуда нельзя будет показать. Звездой сделался.

– Да, неприятно, – проговорил Гуров, отмечая про себя полезную информацию. – А что это за друг такой? Если Котов так запросто к нему ездит, может, стоит с ним поработать?

– А кто тебе сказал, что он к нему ездит? Это ведь информация – из источников неофициальных, сам понимаешь. А на месте ничего не нашли. Никого, точнее. Вот и работай тут. Формально – ни одной зацепки, не к чему придраться даже. Говорю тебе – еще мы же и виноваты останемся. Вот нажалуется этот друг в Гаагу куда-нибудь, наговорит про права человека с три короба, узнаем мы тогда.

– А неформально? Известно, зачем Котов приезжал? Уж, наверное, на такой риск шел не затем, чтобы водки выпить со старым другом.

– Насчет этого не знаю, я по Коту, в общем-то, уже не работаю. Но предположить могу. Чует он, что вокруг него жареным запахло, вот и мечется. Знает, что взялись за него серьезно и если чего-нибудь экстренного не предпринять – рано или поздно все равно достанут. А ему этого, сам понимаешь, очень не хочется. Поэтому, мыслю так, что отвалить он хочет куда-нибудь подальше, убраться из зоны доступа. А у Полонского у этого, у друга-то, которого он вчера навещал, у него хороших знакомых – без счету. И все полезные. И здесь, в стране, и за границей связи. Ему левую ксиву сварганить – все равно что справку на больничный выписать. Пара пустяков. Я когда по Коту работал, сталкивался с его деятельностью. Мельком. Такой жук, похлеще самого Андрюши будет.

– На то они и кореша.

– Вот-вот. Тому-то сейчас «светиться» опасно, нет у него возможностей бурную деятельность разворачивать. А этот ничего, может. Сделает пару паспортов на разные фамилии да и отправит закадычного дружка куда-нибудь в Зимбабве загорать. Или еще куда, с кем у нас соглашений о выдаче нет. Ищи его потом, свищи. А по его делу, считай, вся контора почти год трудилась.

– Обидно будет.

– Еще бы.

– Как же так получается, что он все время уходит? – перебирая бумаги на столе, как бы невзначай поинтересовался Гуров.

– Да по-разному получается. У него чуйка как у зверя, даром что Котом прозвали. Хотя и оберегает себя тоже. Не плошает и сам, как говорится, не только на чуйку надеется. Если куда-нибудь «во внешний мир» вылазит, территорию всегда снайпер контролирует. Мы не знали сначала. Но как-то на одной операции – тоже вот захват такой был, неудачный – одного из группы наповал уложили. Видать, на опасное расстояние он к Андрюше приблизился, сам того не подозревая. Ни выстрела никто не слышал, ничего. А в башке у парня – дырка. И так аккуратно, ты знаешь, прямо посередине лба. Ребята рассказывали.

– Профи.

– Не иначе. Так что после этого случая ясно стало, что с этим Котом надо всегда ухо востро держать. Потому что у него, как выяснилось, и с тыла всегда сюрпризы готовы, не только с фронта.

– Сложная фигура этот Кот, – сентенциозно отметил Гуров.