– Она пыталась подлизаться, показывала свои обнаженные селфи и намекала, что я мог бы поснимать ее в таком виде, если сделаю ей новое портфолио.

Я посмотрел в зеркало. Асси явно разозлилась – и не без причины.

– Ну и? – резко бросила она.

– Ну и я отправил ей ссылку на местную фотостудию и предложил воспользоваться их услугами.

– А Кеннеди что? – Асси заинтересовалась.

– Не знаю, потому что я сказал «пока» и ушел. Вот и вся история.

Я открыл сообщения от Кеннеди, полученные в тот день. «надо поговорить» пришло в 4:17, «ты отправил меня в игнор?» – в 8:02, а мое предложение «попробуй этих ребят» со ссылкой на фотостудию было отправлено в 9:43. Я передал телефон Асси:

– Вот, посмотри.

Она прочитала сообщения и вернула телефон.

– Почему Кеннеди считает, что может вести себя с тобой подобным образом?

Мы снова продвинулись – к самому окошку выдачи заказов.

– Она со мной знакома с начальной школы. Я тогда в нее без ума влюбился, о чем ей было прекрасно известно. Думаю, Кеннеди пытается использовать мои чувства, чтобы заставить делать то, что хочет. И это даже разок сработало. Но по сравнению с тобой…

И тут – вот ни раньше, ни позже! – мистер Торчок выдал мне заказ.

– Держи, парень. Извините за ожидание. Но я вам там подкинул картошки фри сверху. – Он фыркнул, словно сказал что-то забавное.

Я расплатился и собрался уже выехать с парковки, но Асси вдруг выпалила:

– Припаркуйся!

Пришлось найти пустое местечко и встать там. Асси вышла из машины.

– Что ты делаешь? – удивился я.

– Вылезай! – велела она.

Оставалось повиноваться.

– С тобой все в порядке? – Я начинал беспокоиться.

– Пока не уверена. – Она села на водительское сиденье и кивнула на пассажирское рядом. – Садись.

Да что за черт?..

Я сел в машину. Асси проехала вокруг парковки и вернулась в очередь. Когда парень по громкой связи попросил сделать заказ, она ответила:

– Две большие колы. Хочу сорок семь кубиков льда в каждой. – Ее тон стал угрожающим. – Я их пересчитаю! И пеняйте на себя, если ошибетесь.

– Э-э-э… типа… ладно… большая кола… сорок семь кубиков льда. Ага, понял.

– Две большие колы. Сорок семь кубиков в каждой. И не вынуждайте меня выходить…

– Нет, нет, что вы… Не волнуйтесь, я понял… гм… спасибо.

– Ты его напугала, – сказал я. Она покосилась на меня. Я добавил: – И меня тоже.

Асси немного проехала вперед – перед нами никого не было – и повернулась ко мне.

– Твоя очередь. Так что ты думаешь?

– Насчет чего?

– Нас.

Ну вот. Она произнесла это вслух.

Скажи ей. Все как есть.

Кое о чем я и сам не подозревал, пока слова не сорвались с моего языка.

– Я думаю… я думаю, что каждый день в классе ты говоришь именно то, что я думаю, а если не именно то, что я думаю, то оно становится именно тем, что я думаю, если я об этом подумаю, – и это меня бесит и в то же время странным образом притягивает к тебе; а еще ты очень умная и по-настоящему забавная, хотя последнее не так очевидно, как первое, потому что твои шутки сдержанные и тонкие, но чувство юмора у тебя явно есть, и…

Я повернулся и посмотрел Асси в лицо, продолжая говорить на автомате:

– …ты не такая, как все, ты особенная, и как там называется полная противоположность лицемерам – куда девается мой мысленный словарь, когда он мне нужен? – в любом случае ты – это всегда ты, и никто другой, и даже если иногда ты ведешь себя так, словно злишься на целый мир, я-то знаю, что на самом деле ты просто постоянно начеку, потому что роль жертвы тебя не устраивает – для этого в тебе слишком много тихой уверенности в своих силах; кроме того – мне бы следовало об этом помалкивать, – однако, кроме того, ты невероятно привлекательная. Не пойми меня неверно, но когда я впервые тебя увидел, то сказал, что в тебе есть что-то от Че Гевары, хотя на самом деле скорее от Фриды Кало, ведь ты очень творческий человек, но в то же время страстный, и… ну, не знаю, как будто у Фриды и Че родился их долгожданный ребенок и каким-то образом он очутился в двадцать первом веке в Калифорнии в теле девочки-подростка, которая… – я отчаянно старался обойтись без повтора слова «привлекательная», – которая просто… неописуемо очаровательна, – теперь можно было перевести дух. – Вот что я думаю.

Я отчасти надеялся, что в ответ Асси скажет что-нибудь. Желательно в том же духе, ну или нет, но хоть что-то. Она не проронила ни слова. Просто наклонилась и поцеловала меня. Причем не чмокнула мимоходом, мол, спасибо, ты очень милый, а впилась в губы безумно опасным поцелуем – именно такого можно было ожидать от восхитительной внебрачной дочки чувственной художницы-новатора и яростного коммуниста-революционера.

Поцелуя с закрытыми глазами и открытыми ртами.

Поцелуя умирающих от голода.

Поцелуя, который длился вечно, но казался слишком коротким.

Где-то посреди всего этого сзади подъехала машина и просигналила. Асси отпрянула и посмотрела на меня.

– Давай поедем куда-нибудь и продолжим наш разговор.

<p>Глава 29</p>