Читаем #Про100письма: обиды полностью

Теперь самое время сказать о том, что обида рождается на стыке непонимания, разности восприятия/ опыта/ потребностей/ личностных характеристик. Это важно понять еще и для того, чтобы осознать, что никто не имеет намерения обидеть и задеть чувства другого человека, тем более этого не желают родители по отношению к своим детям. Но даже во взрослом возрасте осознать и принять эту истину бывает сложно, что же говорить о ребенке. Его жизнь только начинается, маленький человечек – пуп вселенной (если принять во внимание, что утроба матери – это и есть вселенная для эмбриона, а через пуповину матери все самые ценные вещества поступают к нему напрямую, то кто он, если не пуп вселенной?!). Именно поэтому каждому ребенку свойственно оценивать все действия окружающих через призму собственной значимости: “Всё, что происходит вокруг, имеет непосредственное отношение ко мне”.

И вот такое отношение к действительности является основным маркером психологической незрелости личности. А нелепый казус обиды состоит в том, что обижается ребенок, а мучается потом, иногда всю жизнь, взрослый. Потому что обиженный ребенок никуда не девается, он становится внутренним ребенком: раненым, затравленным, требующем сатисфакции, а иногда и мести. Когда этот внутренний ребенок слишком актуализирован за счет количества накопившегося, непроработанного психологического шлака, психологическая зрелость затруднена, а значит болезненный период детства растягивается во времени за счет конструктивного и вполне счастливого периода взрослой, самостоятельной жизни. Вот почему я глубоко убеждена: обиды важно вспомнить для того, чтобы от них избавиться, освободить от переживаний своего внутреннего ребенка и начать в полной мере наслаждаться взрослой независимой жизнью.

Почему взрослый человек не обижается? Потому что он всегда может:

– уточнить у предполагаемого обидчика, что имелось в виду;

– самостоятельно дать оценку себе, предполагаемому обидчику и ситуации, сделать соответствующие выводы и при необходимости предпринять действия;

– может дать отпор в случае полнейшей неадекватности предполагаемого обидчика;

И это еще не все варианты!

Ребенок же не имеет возможности (в силу возраста, недостатка опыта и своего зависимого положения) применить хотя бы одно из вышеперечисленных действий. Ему остается только проглотить обиду. О том, что на самом деле глотается вместе с обидой, где эта проглоченная обида потом может обнаружиться, посвящена вторая глава.

А сейчас мне хочется развить мысль о том, почему же многие люди, становясь взрослыми, продолжают глотать обиды. Это очень важно: не все осознают преимущества взрослой независимой жизни и продолжают жить по привычным с детства схемам. В детстве значимыми взрослыми, от которых целиком и полностью зависела жизнь, были родители. Человек вырастает, тянет этот паттерн поведения во взрослую жизнь: теперь значимыми для себя взрослыми человек “назначает” своего партнера/ начальство/ соседей/ друзей/ родственников и продолжает отыгрывать знакомый с детства сценарий: “Я целиком и полностью завишу от…” С одной стороны, такая позиция имеет свои вторичные выгоды. Например, ребенку нет необходимости брать за что-то ответственность: за него всё решают те, от кого он зависим. С другой стороны, необходимо помнить о том, что дети в силу своей естественной зависимости и беспомощности чаще других становятся жертвами. И взрослые люди, которые так и не достигли психологической зрелости, попадают в категорию потенциальных жертв автоматически. Поэтому, если вы обнаружили себя в категории тех взрослых, которым проще обиду проглотить, обратите внимание на опасность стать жертвой и подвергнуться агрессии и, не дай Бог, насилию.

Так может ли обида появиться не детстве, а в более взрослом возрасте? Конечно, может! Есть 2 возможных варианта:

1. Корни взрослой обиды все-таки берут начало в детстве: изначальная обида может уже быть вытеснена в подсознание, откуда ее проекция и воспроизводится через ситуации и людей в текущий момент жизни.

2. Психологическая зрелость не наступила, и человек продолжает воспроизводить травмирующие ситуации из детства, но даже если со временем наступает смирение, то полной удовлетворенностью жизнью такой человек вряд ли сможет насладиться (соматические последствия этого варианта подробно описаны во второй главе).

Остается добавить только то, что для возникновения обиды иногда достаточно какого-либо незначительного эпизода. Глубина обиды и сила ее последующего разрушительного влияния на жизнь совершенно не зависят от того, насколько серьезным может показаться сам инцидент со стороны. Например, на то, что у женщины неудовлетворительно складывается личная жизнь мог повлиять один из следующих обидных эпизодов ее жизни:

– её отец изначально ожидал рождения наследника и негативно относился к самому факту появления девочки в семье;

– суровое воспитание и строгие требования отца в период подросткового возраста дочери;

– по неосторожности отец уронил пепел с сигареты на пятилетнюю дочурку, сидящую у него на коленях.