После гибели Кенесары в 1846 году его сын Сыздык воевал и против России, и против Китая, командуя конницей то кокандского хана, то бухарского эмира, то хивинского хана. Вплоть до 1876 года, когда сей мятежный сын мятежного отца, устав от десятилетий военной жизни, перешел на сторону России и был поселен во владениях своих родных и близких в Чимкенте. Его брат, Ахмет Кенесарин, в то время был помощником уездного начальника в русской администрации…

И вот здесь начинается то, на что я предлагаю читателю обратить особое внимание. Уже на следующий год мятежному хану Сыздыку было предложено описать восстание Кенесары так, как он его помнит. А поскольку Сыздык русской грамотой не владел, то с его слов история Кенесары и Сыздыка — книга «Султаны Кенесары и Сыздык» — была написана Ахметом Кенесариным. Рукопись получил действительный член Сыр-Дарьи некого статистического комитета Е. Т. Смирнов, составил к ней подробнейшие примечания, написал отдельные дополнительные статьи. Получилась книга, отражающая события с двух сторон. С двух точек зрения. И в таковом виде она и вышла в Ташкенте в 1889 году. Со скромным примечанием: «Издание Сыр-Дарьинского областного статистического комитета».

Настоящая историческая наука вершилась в тогдашней России на уровне областного статистического комитета!

И великое дело делают в нынешнем Казахстане, когда не просто переиздают исторические книги прошлого и позапрошлого веков, но даже их как бы воссоздают, максимально используя сегодняшние возможности копировальной техники. Так, в Алмате вышло репринтное издание той самой книги «Султаны Кенесары и Сыздык» с примечаниями и статьями Е. Т. Смирнова. Ибо для нас, идеологизированных, поучительно не только содержание, но и сам внешний вид тех книг.

А самое главное, конечно, — стремление обнародовать все имеющиеся факты, максимально полно рассказать о том, что было. Никакой «идеологии», никаких «концепций». Никаких умолчаний в угоду чему бы то ни было. Читатель сам способен во многом разобраться, был бы только представлен во всей полноте исторический материал. И это единственно верный подход.

Потому что страна, у которой ясное прошлое, меньше всего рискует заблудиться в настоящем и будущем.

Украина — не Россия(?!)

Нынче у нас с этим сложно. Раньше мы говорили: только не переходи на личности… Мол, веди речь лишь об идеях. Сейчас впору говорить: только не переходи на национальности. На себе испытал. Как-то в моем родном городе Петропавловске, что в Казахстане, местные чиновники стали обижать учительницу. Она имела несчастье получить в наследство квартиру родителей в Подмосковье. И, соответственно, для вступления в наследство оформила российское гражданство. Но родилась, жила, живет и работает в родном ей Петропавловске. Так ее пришлось защищать. Конечно, она и сама виновата, надо было оформить какие-то бумажки, а она пренебрегла. Вот ее и стали чуть ли не увольнять из школы, чуть ли не выписывать из принадлежащей ей квартиры… Я тогда напечатал в «Литературной газете» открытое письмо послу Казахстана в России, губернатору области и мэру города — «Как чиновники позорят свою страну». Это письмо перепечатала казахстанская газета, но снабдила его аншлагом: «Казах из России защищает русскую из Казахстана». А если б я по крови был не казахом, а эфиопом, то что бы написали в аншлаге: «Эфиоп из России защищает русскую из Казахстана»? Нет, потому что не укладывается в эффектную схему. И я вынужден был написать в ту газету, что я в данном случае не «казах», а писатель-публицист, и защищал не «русскую», а человека, чьи права попирают чиновники. Потому как если мы с конкретных личностей будем тут же переходить на национальности, то далеко зайдем. Уже зашли…

А с другой стороны, в каких-то случаях речь идет и о прямом хамстве по отношению ко всему народу и государству. Когда Украина ввела свою валюту — гривну, газета «Московский комсомолец» сообщила об этом под заголовком: «Привет, гривнюки!» Тогда я в профессиональном журнале «Журналист» написал: «И что теперь делать мне, рядовому москвичу? Выйти на улицы и просить прощения у каждого москвича с украинскими корнями? Или идти в редакцию и бить морды?..»

Боюсь, что не смогу объяснить словами, зачем привожу эти примеры. Надеюсь, читатель поймет меня без слов. Потому что далее я приступаю к рассуждениям о сегодняшнем украинско-русском синдроме. Точнее, об украинском синдроме по русскому или российскому поводу.

Непредвзятый сторонний человек, проживший хоть три дня в Украине, это заметит сразу. Как бы он ни был настроен.