Читаем Призраки полностью

Обычным местопребыванием кикимор в доме — площадь на поверхности печи и подпечье, куда они незримо спускаются. В те редкие мгновения, когда кикиморы принимают телесный облик, их нетрудно поймать и рассмотреть. Если догадливый человек немедленно выстрижет у кикиморы волосы на темени крестообразно, она навсегда остается человеком и продолжает обычный рост дитяти, хотя впоследствии не может избегнуть такого или иного порока: непропорциональность форм, кривизна отдельных органов, косоглазие, немота, заикание, скудная память и ум — вот неизбежные недостатки бывшей кикиморы, которая с возрастом совершенно забывает о своей давней жизни.

ВНЕУСАДЕБНЫЕ НЕЧИСТИКИ

Перечисленные доселе усадебные человекоподобники тесно привязаны к местам своего пребывания, в большинстве готовы помочь человеку и лишены разнообразных превращений. Остальные сродичи их, стоящие поодаль от человека и его жилища, уже не имеют точно определенных притонов, помогают человеку с корыстными целями, по чисто сатанинским побуждениям, и, за исключением облика чистого вольного беса, способны принимать разнообразные и чудовищные виды, превращаться в любой предмет своей области. Как видно будет из последующего, и самая область человекоподобников этой категории шире области усадебных собратий их; области соответствует и деятельность.

Полевики

Область каждого полевика — поля и луга то одной, то нескольких смежных деревень, не разделенных друг от друга ни лесом, ни водою, со всеми относящимися к полям и лугам горными высотами, долами и оврагами. Здесь, часто в обширном пространстве, полевик ютится на горке, в овражке, в канаве, у камня, у полевого дерева, кустарника, межевого столба, непременно под прикрытием сих предметов, с коими немедленно разлучается при водополье, дождевом стоке, так как терпеть не может мокроты, уходя от последней на места возвышенные. Правда, полевик заботится о плодородии полей, об утучнении лугов, спугивает отсюда «шкодников» и выравнивает стебли и листья растений; но это делается для того, чтобы привлечь сюда возможно большее число людей, между которыми он, несомненно, найдет и жертвы. Впрочем, случается и так, что он гонит неподлежаще зашедших в его область ради собственного покоя. Между прочим, полевик сторожит полевые клады, кои не выдает ни при какой сделке с человеком, и немилосердно мстит случайному находчику клада: зная это, кладоискатели не обращаются к полевику, а, сделавшись обладателями полевого клада, оставляют всяческие сношения с притонными местами полевика.

Существенная деятельность полевика направлена к одному только вреду полевого хозяйства человека. Разрушая изгороди, вешки, маня видом хлебных и луговых растений, он привлекает скот к стравежу, причем норовит сделать это на участке ненавистника; то же делает полевик, когда приманивает детей и молодежь за цветами, полевыми растениями, как, например, картофель, брюква, огурцы, или просто — для игр и сборищ. Вместо всего этого полевик чинит и прямой вред: приваливает к земле хлеб и траву, скручивает растения, отклоняет дождь, засылает вредных насекомых, водит там и здесь заблудившихся детей до изнеможения; устраивает коровьи «гизы», мучит пасущихся животных, как и работающих людей, оводами, слепнями, комарами. Не щадит полевик и вполне зрелого, по-видимому, нормального человека: последний вдруг очутится спящим на груде камней, куче полевых корневищ, обыкновенно собираемых в одно место после бороньбы, — в грязной канаве, мокрой ложбине и прочем. Всех же вообще посетителей полей и лугов он смущает диким эхом, передразниваньем, свистом, ревом, а главное — устрашающим обликом.

В последнем случае полевик принимает вид чудовищной тени, которая то гонится за человеком, то уходит от него, заманивая жертву. Стоит только поддаться коварному приманиванью — и человек много перетерпит за доверчивость; может случиться, что, лаская своим теневым обликом, полевик вдруг поражает человека ужаснейшим солнопёком и убивает на месте.

Полевики общительнее друг с другом, чем усадебные, например, человекоподобники, по крайней мере известно, что они гостят один у другого, помогают томить попавшуюся жертву; дружески перекликиваются, особенно ночною порою, при спокойной погоде. Почти бездействуя зимою, полевики сходятся для забав, и любимейшею из них служит уничтожение дорожных вешек, запорошение дороги, занос снегом канав и рытвин, чтобы туда попадал сбившийся с дороги проезжий и прохожий, которого они долго водят взад и вперед, до замораживанья.

Наиболее плохо живется полевикам весною и осенью, при тогдашней слякоти и мокроте: как ни сильно сатанинское их желание вредить человеку и его добру, они не могут расставаться с уютным сухим местом, не могут топтаться по грязной и мокрой почве. Но тут нередко сам человек дается им в руки, когда приходит для отдыха на суходолину: лаская и убаюкивая пришедшего затишьем, солнечным припеком, они удерживают отдыхающего, пока у последнего не начнется лихорадочный озноб, разрешающийся потом весьма нередко злокачественною лихорадкою.