– Европейка? В таком заведении? Да еще и затеяла драку? – с сомнением проговорил Сарин.

– Вроде бы девицы стали вешаться на ее спутника, а ей это не понравилось.

– Обычно семейные пары в таких местах не появляются, – все же удивился Сарин.

– Может, забрели по ошибке, – пожал плечами сержант, наблюдая, как его подчиненные выводят из клуба орущую и брыкающуюся девицу.

– А как они выглядели? Есть описание? – неизвестно зачем спросил инспектор.

– Мы не уточняли. Но вроде бы их было трое. Двое мужчин и одна женщина. Но второй мужчина в драке не участвовал.

– Трое? Двое мужчин и одна женщина? – У инспектора сегодня было какое-то странное мистическое настроение, может, от усталости? И вероятно, поэтому он попросил сержанта составить фотороботы всех троих зачинщиков и переслать ему завтра в участок.

Пенг всем своим видом выражал откровенное недоумение действиями начальства.

Глава 37

Василий проснулся утром бодрый и веселый, но, взглянув на спящую рядом супругу, сразу погрустнел. Собственный вчерашний прокол тут же всплыл в памяти во всех ужасающих подробностях. Больше всего на свете Василию хотелось сейчас провалиться от стыда. «А может, сбежать? Затаиться где-нибудь на пару дней? О! Пересижу у Убойникова», – закрались в голову Василия неподобающие мужчине трусливые, малодушные мыслишки. Но он тут же решительно отогнал их. Во-первых, Юлька сразу же догадается, где он прячется, во-вторых, там торчит голая девица из клуба, а в-третьих, было страшно отрываться от жены. Все-таки его ищет полиция, а с ней ему было как-то спокойнее. Юлькино присутствие вселяло в него некую уверенность, что в случае чего она его прикроет или что-то придумает, в общем, спасет.

Надо было что-то срочно изобретать. Почесав лысую макушку, Василий ничего оригинального придумать так и не смог, а потому, тихонько выбравшись из постели, приступил к реализации своего банального, но единственно пришедшего в голову плана.

Юля проснулась в скверном настроении. Еще не открыв глаза, она вспомнила вчерашний клуб, Василия, свои расцарапанные руки и помрачнела еще больше. К тому же ее ужасно раздражал сладкий, тошнотворный запах, наполнивший номер. Откуда взялась эта вонь, понять было невозможно, поэтому пришлось открыть глаза.

Это многое разъяснило.

Весь номер был завален цветами. В основном орхидеями. Отсюда и запах. Юля орхидеи терпеть не могла. Вернее, в небольших количествах они, возможно, и были интересны, но это! Среди цветов и корзин возле кровати высовывалась лысая голова Ползунова. Глаза его смотрели тоскливо и преданно. Синяк под глазом нежно-фиолетового цвета с оттенками желтого и зеленого по краям добавлял ему сходства с неким инопланетным существом.

Юля тряхнула головой. Наверное, это от вони. Вид Ползунова, смердящие букеты и ссадины на руках соединились, внутри Юли произошла бурная химическая реакция, и в следующую секунду в Василия полетел первый букет, расплескивая в разные стороны водяные брызги.

– Ой! – взвизгнул Василий, ныряя в цветочное безумие.

– Убери отсюда эту дрянь! – прошипела Юля. – Старый ловелас! И сам убирайся вон, пока я тебя чем-нибудь не пришибла. – Она схватила следующую вазу и швырнула туда, где только что была голова Ползунова.

– Юль, прости! У меня просто шок вчера был! Я нападения не ожидал! А они как накинутся! – жалобно проскулил Василий, выныривая на другом конце комнаты.

Юля, не вставая с кровати, ухватила следующий букет и молча швырнула в мужа. Тот пригнулся.

– Я тебя обожаю! Мне никто больше не нужен! – уворачиваясь от букетов, гудел Василий.

Бешенство постепенно выдыхалось. Юля постепенно теряла запал и наконец без сил упала на подушки.

– Открой балкон, идиот! Я задыхаюсь! – зло бросила она мужу, закрыв глаза, чтобы не видеть его противную физиономию.

Василий с утра успел побриться, нарядиться в белую праздничную рубашку и всем видом выражал желание выслужиться.

– А я тебе завтрак заказал. Кофе хочешь? – сюсюкал он возле кровати, дразня жену запахом кофе и свежей сдобы. – А я тебе сюрприз приготовил! – радовался Василий, не получив кофейником по лбу и сочтя это добрым знаком.

– Уйди вон, – процедила зло Юля, но уже как-то вяло.

Василий, сочтя это почти что прощением, поставил поднос на прикроватную тумбочку и, налив ей кофе, бросился шуршать чем-то возле трюмо.

Юля тихонько приоткрыла глаз. Что еще он там придумал? Любопытство страшная сила, и никуда от этого не деться. Василий, как назло, заслонил спиной то, что шуршало, и Юле пришлось приподняться на кровати, чтобы рассмотреть, что там такое.

Не успела Юля плюхнуться назад на подушки и прикрыть глаза, как Василий обернулся, держа в руках удивительной красоты вышитый золотом шарф и резную шкатулку с двумя массивными золотыми браслетами. Что-то подобное надевают на руки кхмерские танцовщицы национального балета. Правда, у них они вряд ли выполнены из золота.