Да, красиво. Наверное, дорого, размышляла Юля, сложив на груди руки и скептически глядя на подарки. Шарф наверняка куплен внизу, в гостиничной сувенирной лавке. Браслеты доставили из дорогого ювелирного магазина. Сам Ползунов за ними бы съездить не успел.

Василий стоял как дурак с протянутыми руками и, почти не дыша, ждал своего приговора. Легкой победы он не ожидал и сейчас просто гадал – повезет, не повезет? Запасного плана у него не было.

Юля взяла с подноса чашечку кофе и с наслаждением сделала глоток, Василий тоже сглотнул. Сознание собственного могущества приятно щекотало Юлино самолюбие.

– Ладно. Можешь говорить, – велела она, милостиво кивнув Василию и намазав маслом свежую булочку с хрустящей аппетитной корочкой.

После получаса заверений, раскаяния, слезных просьб о прощении и самобичевания Василий был прощен. Хотя и не полностью. И смог, наконец, присоединиться к трапезе.

На душе у него здорово полегчало. Он и не надеялся так легко и быстро заслужить прощение. И в душе ужасно боялся, как бы Юля, собрав вещи, не отбыла домой. Поедая завтрак, он дал себе слово подобные заведения больше не посещать.

– Аркадий? Уже встал? – В разговоре Василия отсутствовал всякий намек на игривость, хотя ему до ужаса хотелось подколоть Убойникова по поводу сдобной штучки, ночевавшей в его квартире. Но боясь разозлить Юлю, он щекотливой темы решил не касаться. – Вот и отлично. У той девицы, с которой общался Стрельцов, телефон есть? Говорит, есть, – обернулся он к Юле. – Тогда позвоните ей и договоритесь о встрече. И прямо сейчас позвони Криелю, мне надо с ним встретиться.

Василий пару минут слушал Убойникова, сведя хмуро брови, потом коротко ответил «Нет» и повесил трубку.

– Ну? – сухо спросила Юля.

– Сейчас всех обзвонит и доложится.

– А что «нет»?

– Он спросил, не боюсь ли я встречаться с Криелем.

– А действительно, ты не боишься? – Юле эта идея совершенно не нравилась. Она не любила бандитов, ни отечественных, ни заграничных.

– А что мне бояться? Это же не разбойник с большой дороги. Это серьезный авторитетный человек. Компаньон Стрельцова.

– Вот именно.

– Я Стрельцова не убивал и в два счета это докажу.

– Каким, интересно, образом?

– Этот Криель не полиция, ему отпечатки пальцев и экспертиза не нужны, ему хватит доводов. К тому же наши интересы в данном деле совпадают. Человек, который убил Стрельцова, целит на самом деле в самого Криеля. А я тут для отвода глаз. И думаю, Криель в этой ситуации должен быть мне благодарен, что я ему глаза на происходящее открываю. А он, соответственно, поможет мне выпутаться или хотя бы покинуть страну. Не важно, каким способом. Хоть контрабандой.

– Мне эта затея не нравится.

– У нас нет выбора. Так будет лучше.

Прошло уже два часа, а Убойников все не звонил. Его телефон не отвечал, и Василий с Юлей нервничали все больше.

– Может, он просто с этой девицей развлекается? – нервно мерил комнату шагами Василий.

– Да он к ней близко не подойдет!

– Куда он провалился?

– Может, сами к нему съездим?

– А вдруг разминемся? Может, он поехал к Криелю сам и все еще торчит у этого типа? Нет. Подождем.

Время тянулось медленно. Ничего не происходило.

Телефонный звонок разорвал напряженное ожидание, подобно взрыву.

– Ну, наконец-то! Ты где пропадал? Мы чуть с ума не сошли! – с облегчением выдохнул Василий, переключая телефон на громкую связь.

– Вчера полиция с помощью задержанных девиц составила наш фоторобот, – торопливо говорил Убойников тихим, задушенным голосом. В каждом его слове чувствовался животный ужас. – Драки в клубе обычное дело, и никогда полицию не интересовало, как выглядели хулиганы.

– Им что-то известно про нас? – испуганно спросил Василий.

– Только то, что рассказали девицы. Криель Тхать умер сегодня рано утром, – продолжал тараторить Убойников без всяких переходов. – Тело уже в морге.

– Как это произошло? Он что, болел? Или старый был? – растерялся Василий от такого шквала известий.

– Нет. Был живее всех живых. Молодой и здоровый. Всего пятьдесят три года.

– Елки! Что же это творится? – В трубке наступила пауза. – Эй, Аркадий? Ты здесь?

– Уже нет. Объявили посадку на рейс. Я улетаю. Прямо сейчас. Советую и вам поступить так же. Прощайте.

– Аркадий! Аркадий! – заорали в один голос Ползуновы, но трубка, коротко пикнув, умолкла.

– Проклятый дезертир! – зло швырнув в угол трубку, проревел Василий.

– Давай в аэропорт рванем, вдруг успеем перехватить?

– Бесполезно. Этот гад все точно рассчитал. Поэтому и не звонил долго. Наверняка он всю последнюю неделю на чемоданах сидел.

– Вот паразит. А я к нему только-только привыкать стала. Он мне уже почти понравился.

– Поспешила.

– Что же нам теперь делать?

– Не знаю. Мне надо подумать.

И они стали думать.

Глава 38

Сован с тяжелым сердцем переступил порог знакомого дома, с которым было связано так много в его жизни. Он помнил, как двадцать пять лет назад Криель праздновал новоселье. Как играли свадьбы двух его дочерей и сына.