Читаем Принц-Разбойник полностью

Дико вереща, селянин с широкого замаха нанёс удар, целя Элаю в голову. Брюнет ловко уклонился, пропуская тяжёлую палку над собой, и неуловимым движением шагнул вперёд, буквально выстреливая копьём. Острие копья обогнало меч Ларс на какой–то миг.

Они замерли. Копьё вошло чётко в горло, а меч мощным выпадом пробил грудину навылет, застряв в рёбрах. Даже одного из этих ударов был достаточно, чтобы прикончить человека. У того, кто некогда был обладателем визгливого голосочка, а стал самым обыкновенным трупом, подломились колени и он рухнул на спину, заливая землю чёрной кровью, сочащейся из ран. Чтобы вытащить клинок, Ларсу пришлось упереть ногу в мелко трясущееся тело на земле и приложить существенное усилие. Ругнувшись, он наконец освободил оружие. С мерзким хлюпающим звуком клинок покинул тело. На долю секунды возник слабый кровавый фонтанчик.

— Спасибо, — бросил Ларс, отрешённо разглядывая картину побоища. — Ты ведь не собирался вмешиваться, что изменилось?

— Разве можно пропустить такое веселье? — мрачно осклабился Элай, а мечник впервые подумал, что тот глубоко нездоров.

Передёрнув плечами, Ларс развернулся в сторону девчонки. В это время волчонок, пережидавший драку за спинами парней, подбежал к трупам и с живым интересом слизнул ещё тёплую кровь. Похоже, хищнику нравилась представленная перед ним картина. Мысленно взмолившись Семерым, чтобы Рэй не вздумал начать жрать мёртвых людей, Берсар присел прямо перед деревенской девушкой.

Разглядывая пребывающую в глубокой прострации девушку, из–за которой всё и произошло, Ларс думал, как правильно её называть, девушка, или всё же девочка?

На вид ей было не больше двенадцати. Выгоревшие добела прямые волосы до плеч, низкий рост, лицо «сердечком». Скосив взгляд, Ларс отметил пухлые губы с небольшим шрамом в уголке рта, курносый нос и карие глаза, сейчас полностью пустые. Брови, что редко встречается у блондинок, у жертвы насилия были темнее волос на голове. Впрочем, светлые волосы и тёмные глаза тоже не часто встретишь. Или, это от местности зависит? Парень задумался на этот счёт, вспоминая родной Гаркен, где по улицам чаще всего бегали голубоглазые темноволосые, или рыжеволосые, детишки. А вот кареглазых людей было мало, да и те, в основном, переселенцы с других мест.

Скользнув взглядом по наметившейся обнажённой груди, Берсар про себя хмыкнул.

«Девушка. Всё же она уже девушка.» — пронеслась невесёлая мысль в голове.

— Эй, — позвал голую девушку Ларс.

Не добившись никакой реакции, он несильно ущипнул блондинку за плечо. Та вскрикнула и ошалевшими глазами уставилась на парней, переводя взгляд с оружия, зажатого в их руках, на тела, распластанные на земле. И чем больше она смотрела, тем сильнее становился ужас в ореховых глазах.

Девушка подняла на Ларса свои большие глаза и… разрыдалась. Пребывая на грани истерики, она завывала, вцепившись в свои волосы, и принялась отползать от мечника.

— Стоять, — бросил тот, предвосхищая попытку побега. — И хватит плакать. Мы тебя от насильников спасли, дура. Оденься, что ли…

Слова Ларса пропали зря: девушка продолжала заходиться в истерике. Тогда, чертыхнувшись, Ларс отвесил ей хлёсткую пощёчину, приводя в подобие сознания, и повторил указание. Добившись, наконец, какой–то осмысленной реакции, Берсар повернулся в сторону брюнета.

— Тебе же не впервой забирать жизнь человека, — тихо сказал Ларс. — Я прав, Элай?

— Верно, — не стал запираться тот. — А что тут такого? Хочешь сказать, для тебя это было впервые?

Ларс ничего не ответил, но и молчание бывает красноречивым.

Повернувшись в сторону спешно одевающейся блондинки, он задумчиво смотрел на перепуганную девушку.

«Брат, не надо!» — пронеслось в памяти.

Ларс нахмурил брови. Окинул брезгливым взглядом спутанные светлые волосы убитого им молодого мужчины и ничего не сказал.

— Похоже, нужно заканчивать и убираться, и так время потеряли, — задумчиво сказал Ларс, пытаясь пучком травы очистить кровь с меча.

— Зато размялись, — не согласился Элай, сорвавший подсолнух и принявшийся невозмутимо щёлкать семечки. Похоже, на его аппетит сцена побоища повлиять не могла.

— Предпочёл бы обойтись без подобных упражнений, — вздохнул Ларс, сплюнув на землю. — Кстати, эти уроды куда–то спешили. И я не понял, о чём была речь. Какой–то деревенский праздник? Меня это беспокоит. Я не люблю, когда что–то не понимаю.

— Признаться, меня не интересуют крестьянские заботы, — пожал плечами брюнет, лузгая очередную семечку. — Будешь? Довольно вкусно, в лесу такого на встретишь.

Улыбнувшись дежурной подначке, Ларс повернулся к натянувшей простенькое платье девушке, сейчас стоявшей перед ним, потупив взгляд и ухватившись правой рукой за локоть левой. Тяжело вздохнув, общение с глуповатой жертвой насилия не доставляло мечнику удовольствия, Ларс решил задать интересующий его вопрос блондинке, сейчас мелко подрагивающей от ужаса перед «спасителями», способными оказаться куда страшнее тех, от кого её спасли:

— Слушай, а куда так спешили… ну, эти?