Сознание возвращалось мучительно медленно. Мир мелькал перед взором Ларса краткими эпизодами, будто кто–то нетерпеливый быстро переключал каналы на телевизоре. Ожоги по всему телу пекли, губы потрескались от жары, волосы провонялись дымом и закоптились. Перед глазами парня быстро пролетали картинки, сменяя друг друга с такой скоростью, что мозг не успевал их осознать. На грани сознания звучал писк, то нарастая, то почти затихнув.

В один миг к нему вернулся слух, и круговорот вокруг слегка замедлился. Писк из ушей пропал. Встав на колени, Ларс склонился над пепелищем. Его вырвало.

Вытерев рот рукавом, он, пошатываясь, с трудом поднялся на ноги. Стараясь не упасть, он подобрал валяющуюся рядом палку, опершись на неё. Прихрамывая на левую ногу, не удачно подвернувшуюся перед падением, парень побрел в сторону эпицентра битвы.

Да, это была самая большая глупость, которая только могла прийти ему в голову… но как же это было интересно! Ларс понадеялся, что раз он больше не слышит звуков сражения, победитель уже покинул место боевой славы, оставив после себя истерзанный труп врага. Парень не представлял что можно сделать из тела монстров такой большой стадии, но не сомневался, что приспособит их под свои нужды! Если же ему удастся завладеть Ядром…

Мальчик в предвкушении закатил глаза.

Ядра Зверей весьма ценились в мире адептов и магов. Их использовали как ингредиенты к зельям, сырье для артефактов, и даже как способ увеличить свои силы. Обычно, победитель пожирал Ядро побеждённого, но не всегда. Говорят, у достигших вершин развития адептов со временем тоже внутри появляются такие же материальные сгустки мощи… поверить в подобное было сложно.

Подойдя поближе, Ларс обомлел, не веря в свою удачу: прямо посреди поляны лежал благородный олень с разодранным горлом, в которое стальной хваткой вцепился мёртвый волк. У парня загорелись глаза. Два, сразу два великолепных Ядра!

Осторожно ступая, прислушиваясь к каждому шороху, он перебежками подбирался к телам Зверей. Сейчас они уже не казались настолько огромными. Может, дело в циклопической ауре силы, вдавливающей в пол? Сейчас мёртвые Звери ничем не отличались от любых других животных. Разве что, красотой…

Присев на корточки рядом с мёртвыми тушами, Ларс принялся внимательно их рассматривать, склонив голову на бок. Теперь, вблизи, и без движения, он мог по–настоящему насладиться опасной красотой этих созданий.

Волк был белоснежный, большой и весь из себя опасный, хозяин лесов, гроза зверей. Выступающие клыки, острые даже на вид, крупные и блестящие. На лапах выдающиеся когти, способные играючи разрезать булат. Будто стесняясь непонятно чего, Ларс неуверенно запустил пальцы в мех Зверя.

«Как перина» — подумал он, даже с некой грустью разглядывая мёртвых Зверей.

Ещё час назад они заставляли его трепетать от ужаса, а сейчас, такие смирные и недвижимые, тихонько лежали на земле. Почему–то Ларсу стало остро их жаль.

Переведя взгляд на оленя, что смирно сложил свою голову, парень восхитился его благородной красотой. Тонкая, но сильная шея, стройные ноги, блестящие копыта, витые рога, похожие на чудную корону.

Похоже, именно заряд силы с этих рогов убил волка. Ларсу было интересно, как зверю удалось подобраться на дистанцию удара. Растворившись облаком синего тумана? Были ли у волка в закромах ещё тайные приёмы, прибереженные на конец?

Хмыкнув, парень потянулся рукой к рогам оленя, завороженных их красотой. Незнамо откуда выскользнувшая искры ужалила его по пальцу, отчего он с вскриком отдёрнул рук. Засунув пальцы в рот, он улыбнулся:

— Даже после смерти не сдаёшься, да, здоровяк?

Рога тускло, почти незаметно, светились.

Парень прикрыл глаза, прислушиваясь к своим ощущениям. Он мог ощутить некие колебания воздуха, что–то почти неуловимое, когда общался со Старой Дженни. Будто его души дотрагивались чьи–то пальцы со вкусом морского бриза, или ночной прохлады. Такое трудно описать словами. Возможно, у магов найдутся нужные термины. Сейчас Ларс понимал, даже ритуала Десяти Свечей он чувствовал нечто вокруг себя, пусть и не ясно. После ритуала с его чувств будто сняли вуаль, и мир стал ярче. Ларс помнил то чувство могучей магии, исходившей от жреца Нэнны во время боя, а также необоримую мощь дракона, сиявшего в его чувствах как факел среди свечей. Амулет дракона, спасший его однажды, так же издавал лёгкий привкус магии. А вот от Зверей он магии не ощущал. Совсем. Природа их сил лежала в том же источнике, что и для всех адептом Искусства. И именно эту таинственную «энергию тела» Ларс не мог ощутить не только в себе, но и в окружающем мире. Но сейчас, стоя рядом с погибшими Зверями высокий степеней, ему казалось, он начал что–то чувствовать…

Вдруг, Ларс услышал какой–то писк.

Глава 16

Опустив взгляд, Ларс ничего не увидел. Но не мог же звук ему почудиться?

Кашлянув, он принялся внимательно осматриваться. Он так бы ничего и не заметил, если бы звук не повторился.