Читаем Принц-Разбойник полностью

Вытерев локтем слёзы с глаза, Люсьен вдруг с замиранием сердца смог разглядеть смутные пятна вокруг, принимавшие очертания предметов. Вздрогнув от внезапной догадки, он, прихрамывая, добрался до колодца. Чудом уцелевшая лебёдка позволила набрать полное ведро воды. Полуслепой мальчик с трудом разглядел закатившееся в сторону ведро. Наконец, набрав в ладони полные пригоршни холодной воды, он умыл глаза. Тщательно промыв, очистив от запёкшейся драконьей крови, он наконец смог нормально видеть.

В этот миг, смотря сквозь покрасневшие глаза на занимающийся рассвет, он чувствовал, как часть его души умирает. Чтобы другая переродилась, став твёрже, сильнее. Поведя плечами, покрытыми свежим пеплом, человек с разбитым сердцем смотрел на обломки дома, похоронившего его семью.

Теперь Эстель никогда не расскажет ему сказку на ночь. Гарсен больше не будет наставлять в кузнице, и угощать в тайне от матери разбавленным вином. Их больше нет. И никого нет, кто знал бы Люсьена Ларса Берсара из Гаркена, не существующей деревни, оставшейся лишь в памяти мальчика. А значит, если нет близких, некому обращаться к нему по первому имени. Люсьен погиб вместе со всеми. Теперь пришла пора Ларсу Берсару отправить в путь.

Память воскресила таблицу, возникшую перед глазами этой ночью, стоило ему посмотреть на монстра.

Дракон: ????????????

Уровень развития: ????????????

????????????: ????????????

????????????: ????????????

????????????: ????????????

????????????: ????????????

Система не смогла даже считать это чудовище. Какой же несокрушимой мощью обладал монстр?! Даже жрец Нэнны, доблестно сражавшийся бок о бок со Старой Дженни, для Системы был как на ладони. Лю… Ларс помнил ранг жреца, оказавшегося магом стадии Бакалавр. Что делал такой могучий волшебник в Гаркене? Как заставить столь сильнее существо мирно жить в укромной долине, вдали от цивилизации, крестя детей и отпеваю умерших? Ларс не мог представить себя в роли священнослужителя. Особенно Святой, являющейся покровительницей крестьян и природы. Возможно, старый маг… просто хотел спокойствия? Или же, его направила сюда Церковь, оберегать жизни людей от демонов и тварей. И мужчина погиб, выполнив свой долг до конца. Правды Ларс не знал, и сомневался, что когда–нибудь узнает: Церковь ни перед кем не отчитывалась в своих поступках. Да и не нужны были мальчику такие знания. Отныне у него была своя Цель.

Убить Дракона.

Это была не кипящая ярость, нет. Холодная, рассудочная ненависть.

Встряхнувшись, Ларс жадно приложился к ведру, после чего вылил на голову оставшуюся воду. Набрав ещё пару ведер, тщательно вымылся. Он весь оказался покрыт засохшей коркой. Ларс не собирался оставить на теле даже пылинку, принадлежавшей когда–то телу монстра. С остервенением очищая кожу, он отстранённо отметил, что ожогов нет. Хотя, вспоминая жуткий жар и боль, сопровождающуюся касаниями крови повелителя неба, Берсар не понимал, как такое может быть.

Выбросив изорванные ошметки, некогда бывшие ему одеждой, мальчик принялся искать подходящие вещи. Поиски затянулись надолго, в окружающей разрухе тяжко было сыскать хоть что–то, отличное от пепла. Наконец, Ларс чудом углядел валявшегося в грязи мальчишку немного старше его самого. Подойдя и перевернув неожиданно тяжелое тело, Ларс с равнодушным видом отметил знакомое лицо. Стянув с Проста справную одёжку, Ларс споро переоделся в обновку. Да, вещи самого Проста оказались не лучшего качества, да к тому же очень грязными, зато не закоптились и не были изорваны в клочья.

Порыскав немного по развалинам, к вечеру Ларс смог собрать себе пару нужных вещичек. Это было очень непросто, но мальчик был настойчив. В итоге, его одежда дополнилась качественными сапожками, снятыми с ноги сына старосты, бывшего одного возраста с Ларсом, у него же он одолжил поясок с удобной застёжкой. Она пришлась весьма кстати, ведь штаны с тела Проста были великоваты для Берсара. Ларс проходил мимо ошметков тел, оставшихся от храброго жреца и знахарки, но побоялся их тронуть, не зная, остались ли в телах или личных вещах остатки чар. По этой же причине он не заходил в обрушенную церквушку, где стояла треснувшая у основания статуя Нэнны, и избушку Старой Дженни. Зато в доме старосты основательно похозяйничал, разжившись парой золотых и горстью серебра. Сложив деньги в узелок, спрятал за пазуху. Деньги могли ему пригодится.