Читаем Прибежище полностью

— Хорошо, — я опустила взгляд на свои нещадно уничтоженные шашки. — Не хотелось бы мне видеть, как безжалостно бы ты играл с кем-то, кто не был твоим другом, — на его невинный вид я рассмеялась. — Не думай, будто я не знаю, что ты поддаёшься мне.

Он пожал плечами, и я поняла, что он никогда в этом не признается.

— Я тебе говорила, что мой дядя Нейт приезжает на следующей неделе, чтобы встретить День Благодарения?

— Ты, должно быть, с нетерпением ждёшь встречи с ним.

— Не могу дождаться. Он проведёт здесь всю неделю.

Мысль о том, что я буду видеть Нейта каждый день в течение целой недели, заставила меня едва ли не испытать головокружение. Я не могла дождаться, чтобы показать ему всё вокруг и представить его всем. Просто вообразив его выражение лица, когда он увидит Алекса и Менуэт побудила меня улыбнуться.

— Я никогда не видел, чтобы ты выглядела такой счастливой, — произнёс Десмунд. — Твой дядя, надо полагать, хороший человек.

— Да. Я надеюсь… — я запнулась, не зная как выразить то, что хотела ему сказать. — Я бы хотела, чтобы ты познакомился с ним… то есть, если ты захочешь этого.

— Я почту за честь, — его улыбка изменилась на игривую ухмылку. — Как часто ты представляешь молодых людей своему дяде?

Я фыркнула.

— Молодых? Не ты ли мне говорил, что вы с Чайковским были друзьями?

Он коснулся своего подбородка.

— Хммм, значит, ты считаешь, что у твоего дяди возникнут проблемы с разницей в возрасте?

— Разница в возрасте?

Я в изумлении приоткрыла рот и пристально посмотрела на него. Он имел в виду?.. Я подумала о его реакции несколько минут назад, когда сказала, что он был другом. Неужели Десмунд чувствовал нечто большее ко мне, чем просто дружба? Но он только что сказал мне, что я буду хорошей парой для Николаса. Сказал ли он это просто из вежливости?

— Что-то не так?

Я потёрла неожиданно вспотевшие ладони о бёдра.

— Десмунд, ты знаешь, что мы только друзья, верно? Я хочу сказать, ты мне нравишься, но я не могу…

Всплеск его смеха прервал меня и заставил позабыть, что бы я там ни собиралась сказать. Это был первый раз, когда я вообще слышала, чтобы он смеялся так сильно, и я понятия не имела, что побудило его. Я не знала то ли мне переживать, то ли успокоиться.

Ему потребовалась минута, чтобы утихомириться. Он вытер глаза.

— Ты совершенно восхитительна. Я не получал такого удовольствия уже очень давно.

— Что такого смешного? — спросила я, начав чувствовать себя немного оскорблённой.

Он ласково улыбнулся.

— Если бы я и влюбился в юную леди, ты была бы на вершине моего списка. Вообще-то, ты была бы единственной в списке. Но, увы, у нас с тобой слишком много общего, чтобы это когда-либо произошло.

— Я не понимаю.

— Это одно из твоих самых привлекательных качеств, малышка, — он ошеломил меня, наклонившись над маленьким столиком и поцеловав меня в лоб. — И если ты была бы мужчиной, я бы безумно влюбился в тебя в сию же минуту.

Если бы я была… ох.

— Ох!

— Давай просто скажем, что я проводил время с Петром Чайковским исключительно не из-за его музыкального таланта.

Жар затопил моё лицо. Я не могла поверить, что предположила, будто Десмунд испытывал ко мне чувства. Боже, я была такой идиоткой. Я всегда была глупой, когда дело касалось парней, но это превзошло всё.

— Я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко.

Я послала ему утешительную улыбку.

— Дело не в тебе. Я просто не могу поверить, какой иногда я бываю идиоткой.

Он покачал головой.

— Я нахожу твою наивность очаровательной.

— Это потому что ты джентльмен, — ответила я, почувствовав себя менее смущённой.

— И потому как я джентльмен, я очень рад, что не влюблён в тебя.

Я вскинула брови.

— Почему?

Он усмехнулся.

— Потому что тогда я должен был бы сражаться с Николасом Даньшовым за тебя, а мне нравится моя голова именно там, где она есть.

Глава 18

На следующий день Николас показал мне, как выполнять апперкот и прямой удар ногой. Потом он поставил меня на целый час отрабатывать удары на боксёрской груше, прежде чем переключился на изнурительную тренировку с гирями. Всё время, что мы были вместе, он полностью был сосредоточен на деле и не пытался заговорить со мной о ночи в амбаре или о чём-либо насчёт нас двоих. По существу, он почти не разговаривал, за исключением, если это не имело прямого отношения к моей тренировке. Как только наша сессия закончилось, он ушёл и в этот день я его больше не видела.

И так продолжалось вплоть до той ночи, когда я сотворила магические водовороты в своей пенистой ароматной ванне, и вспомнила, что не рассказала Николасу ни о встрече с Айне, ни об использовании своей силы на вампире в амбаре. Последнее чего мне хотелось, так это поднимать разговор о той ночи, но ведь это Николас помог мне научиться вызывать эту силу и он всё ещё был моим инструктором.

Следующим утром я подождала, пока мы отрабатывали мои удары кулаком и толчки ногами, чтобы завести об этом разговор. Я вытерла лицо полотенцем и сделала большой глоток воды, прежде чем выболтала это.

— Я вырубила вампира в амбаре.