Читаем Прибежище полностью

— Позволь мне закончить. Я знала, что мой отец был мёртв, но не могла понять, почему вампиры устроили на него охоту. Я провела годы в попытках найти ответы, и я стала немного одержимой этим. Это едва не убило меня. Но с течением лет, пока я искала, я обзавелась многочисленными контактами в сети, с людьми, которые знают положение дел. Что я пытаюсь сказать, так это то, что знаю людей вне этих стен, которые могут быть способны тебе помочь. Я даже знаю хакера и нескольких парней, которые торгуют на преступном чёрном рынке. Если кто и может помочь нам найти Мэтью, так это они. Если они не смогут отыскать никаких признаков его, тогда мы нигде не сможем его найти.

Я не испытывала никаких надежд на обнаружение его брата, но может быть Майкл нуждался именно в том, чтобы кто-то другой сказал ему, что Мэтью был мёртв, прежде чем он наконец признает это.

Осмотрительность покинула черты его лица, и вместо неё я увидела ранимого маленького мальчика, который лишь желал, чтобы кто-то сказал ему, что всё будет хорошо.

— Ты сделаешь это для меня?

— Конечно, а для чего тогда нужны друзья?

Он играл со своей салфеткой, но его глаза сияли убежденностью.

— Все считают, что я сумасшедший, но я знаю, что Мэтью жив. Я бы почувствовал, если бы он был мёртв.

Всё в моей груди сжалось, когда я подумала о боли, которую Майклу предстоит пережить, когда ему в итоге придётся признать, что его брата больше нет.

— Есть ещё кое-что, о чём ты должен подумать. Даже если мы обнаружим Мэтью, возможно, он не будет тем же, что когда-то. Весьма вероятно, что он окажется таким же, как другие сироты, которых вовремя не нашли.

— Ты же не оказалась такой, — пылко сказал он, как будто уже думал о такой вероятности.

Я не ответила, потому что не могла рассказать ему правду о себе и почему я отличалась от других сирот. Если каким-то чудом, Мэтью до сих пор был жив, к этому времени его демон уже свёл его с ума. Я не знала, что будет хуже: обнаружить, что твой брат мёртв, или выяснить, что он был безумен и ему уже не помочь. Было очевидно, что Майкл не был готов совладать с любым из этих исходов, поэтому я решила придержать эти мысли при себе.

После этого разговор зашёл о тренировке, и Майкл хотел знать всё о тренировке с Николасом. И до меня дошло, что для того, чтобы его и других стажёров отучить от поклонения Николасу необходимо всего лишь провести несколько дней тренировок под его началом. Я бы с радостью посмотрела, как бы они управились с его занятиями в стиле учебного лагеря для новобранцев. Если бы я не была столь уставшей, я бы рассмеялась от этой идеи.

* * *

— Не могу поверить, что ты знал об этом, и не сказал мне. Я что была последней, кто выяснил это?

— Мне не подобало рассказывать тебе, малышка. Парная связь это очень сокровенный опыт между двумя людьми, и никто не вмешивается в такие дела.

Я бросила грозный взгляд на Десмунда во время нашей партии в шашки.

— Кстати, а как ты узнал? Неужели Тристан тебе рассказал?

— Конечно же, нет. Тристан не стал бы делиться нечто таким личным, — он послал мне взгляд умеренного порицания. — Я понял это, когда ты мне сообщила, что однажды Николас впал в исступление от того, что ты пострадала. Должен признать, сначала это застало меня врасплох.

— Не тебя одного, — я завладела одной из его фишек, и он быстро отплатил тем же, забрав две мои. — Мы должно быть самая худшая пара за всю историю Мохири. Большую часть времени мы даже не ладим.

— Вы оба очень сильные личности. Ты будешь достойной для него парой, потому что ты будешь бросать ему вызов, — его глаза плутовски заискрились. — По меньшей мере, для всех нас это будет развлечением.

Я хмуро посмотрела на доску.

— Не хочу портить тебе веселье, но я даже не знаю, хочу ли этого.

Он подался вперёд.

— Серьёзно? Что Николас думает по этому поводу?

— Мы ещё пока не разговаривали. Я сказала ему, что буду тренироваться с ним, но я не готова к разговору обо всём этом. Я всё ещё злюсь на него и Тристана за то, что допустили, что я узнала об этом подобным образом.

— Да, могу представить, что это был ещё тот шок. Но не будь слишком строга к нему. Осмелюсь сказать, для него это тоже было отнюдь не просто.

— Я думала, что он тебе не нравится. А теперь ты его защищаешь?

Десмунд подмигнул.

— Как я могу не встать на защиту мужчины, который имеет благоразумие быть неравнодушным к тебе?

— Ты такой льстец, — проворчала я, и он послал мне взгляд напускной невинности. — Безусловно, я знаю, как выбирать себе друзей.

Его рука остановилась в воздухе над доской, и выражение его лица не поддавалось расшифровке.

— Друзья?

— Конечно. Мы же друзья, не так ли? — спросила я, прежде чем подумала.

Десмунд был эксцентричным и страдал сильным душевным заболеванием. Он проделал долгий путь за время, что я его знаю, но до сих пор было сложно понять, как он отреагирует на ситуацию. Существовала вероятность, что он хотел друга, как бы странно это не прозвучало.

Улыбка осветила его лицо.

— Определённо.