Читаем Президенты США полностью

Уильям окончил среднюю школу в пригороде Цинциннати, где жила семья. Это была привилегированная школа, одно из старейших средних учебных заведений в США, носившее имя своего основателя богача-благотворителя Уильяма Вудворда. Вначале школа была предназначена для бедных детей, родители которых не могли платить за их обучение. Но сам статус «старейшей» школы позже привел к тому, что в нее подбирались наилучшие учителя, а учениками становились дети из привилегированных семей. При средних способностях Уильям Тафт получил вполне основательное общее образование.

Естественным продолжением было продолжение отцовской традиции — юноша поступил в Йельский университет. Расположенный в городе Нью-Хейвене (штат Коннектикут), это был один из старейших американских университетов, составлявший вместе с Гарвардом и Принстоном «большую тройку» самых уважаемых не только в США, но и в большинстве стран мира. За несколько лет до поступления туда Уильяма в Йельском университете впервые в истории США была учреждена ученая степень доктора философии, которая по сей день является официальным признанием научных достижений исследователя в гуманитарных науках — далеко не только в области философии.

Поступивший в университет в 1874 г. в возрасте 17 лет, Уильям был крупным, полным юношей, отличавшимся известным тугодумием и завидным трудолюбием, которые вызывали уважение у одних профессоров и соучеников и насмешку у других. И те и другие, правда, отмечали, что он честно зарабатывал свои оценки, в меру способностей выполнял задания, был честен во взаимоотношениях с окружающими.

В 1878 г. Уильям окончил университет, получив квалификацию юриста, и возвратился в Цинциннати. А через два года он сдал экзамен в столице штата Коламбусе и был принят в коллегию адвокатов, одним из руководителей которой был его отец. При этом по требованию отца он окончил еще правовую школу в самом Цинциннати: Альфонсо считал необходимым, чтобы сын детально изучил правовую систему родного штата.

В эти же годы Уильям попробовал свои силы в журналистике, сотрудничая в газете «Цинциннати коммерческий» (The Cincinnati Commercial), где освещал главным образом местные новости. Оказалось, что у него выработалась способность точно и достоверно, хотя и не очень гладко описывать события, причем в духе, созвучном позиции владельцев газеты. Ему предлагали перейти на постоянную журналистскую работу, обещая высокое жалованье. Но Уильям все же предпочел юридическую практику. Он открыл адвокатскую контору в Цинциннати, но особой популярностью она не пользовалась скорее всего в связи с тем, что клиенты предпочитали другого, более солидного адвоката с той же фамилией — его отца. Так, отчасти в силу обстоятельств, отчасти по собственному желанию Уильям Тафт стал постепенно втягиваться в административную деятельность. В конце 1880 г. он был назначен заместителем прокурора графства Гамилтон (в которое входил Цинциннати). На этом посту он проработал чуть более года, а в январе 1882 г. перешел на должность руководителя Управления по сбору налогов в том же графстве. Здесь Уильям невольно оказался в центре местного скандала. В его управлении работали сотрудники, политически нежелательные властям штата. От него потребовали их увольнения, но молодой чиновник оказался упрямым и отказался это сделать, заявив, что речь идет о компетентных работниках. В результате после споров и принуждений пришлось увольняться ему самому.

В марте 1883 г. он был вынужден вернуться к частной практике. Но и на этот раз она продолжалась недолго. В 1887 г. новый губернатор Огайо Джозеф Форакер, знакомый с отцом Уильяма, предложил 30-летнему юристу занять вакантную должность в суде штата. Это было временное решение: должность была выборной и назначение следовало подтвердить при очередном голосовании избирателей. Тафт согласился с предложением и не прогадал. На выборах он стал постоянным судьей на предстоявшие пять лет.

Познакомившись с миллионером М. Ханной, один из офисов которого находился в Цинциннати, Тафт через него установил связь с некоторыми деятелями Республиканской партии, к которой присоединился, хотя пока и не стал ее активным членом. В то же время он занимал консервативные позиции, о чем явно свидетельствовало одно из сохранившихся его решений в качестве судьи штата. Речь шла о трудовом споре 1889 г. между профсоюзом каменщиков и компанией братьев Паркеров. Последние подали в суд на профсоюз в связи с тем, что тот призывал рабочих не наниматься в эту компанию, которая не выплачивала полностью договоренную заработную плату. Тафт признал профсоюз виновным в бойкоте предприятий, хотя речь на деле шла о действиях, не попадавших под это определение. Через много лет, на выборах 1908 г., это его решение будет использовано его противниками.

Перейти на страницу:

Все книги серии Жизнь замечательных людей

Газзаев
Газзаев

Имя Валерия Газзаева хорошо известно миллионам любителей футбола. Завершив карьеру футболиста, талантливый нападающий середины семидесятых — восьмидесятых годов связал свою дальнейшую жизнь с одной из самых трудных спортивных профессий, стал футбольным тренером. Беззаветно преданный своему делу, он смог добиться выдающихся успехов и получил широкое признание не только в нашей стране, но и за рубежом.Жизненный путь, который прошел герой книги Анатолия Житнухина, отмечен не только спортивными победами, но и горечью тяжелых поражений, драматическими поворотами в судьбе. Он предстает перед читателем как яркая и неординарная личность, как человек, верный и надежный в жизни, способный до конца отстаивать свои цели и принципы.Книга рассчитана на широкий круг читателей.

Анатолий Петрович Житнухин , Анатолий Житнухин

Биографии и Мемуары / Документальное
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование
Пришвин, или Гений жизни: Биографическое повествование

Жизнь Михаила Пришвина, нерадивого и дерзкого ученика, изгнанного из елецкой гимназии по докладу его учителя В.В. Розанова, неуверенного в себе юноши, марксиста, угодившего в тюрьму за революционные взгляды, студента Лейпцигского университета, писателя-натуралиста и исследователя сектантства, заслужившего снисходительное внимание З.Н. Гиппиус, Д.С. Мережковского и А.А. Блока, деревенского жителя, сказавшего немало горьких слов о русской деревне и мужиках, наконец, обласканного властями орденоносца, столь же интересна и многокрасочна, сколь глубоки и многозначны его мысли о ней. Писатель посвятил свою жизнь поискам счастья, он и книги свои писал о счастье — и жизнь его не обманула.Это первая подробная биография Пришвина, написанная писателем и литературоведом Алексеем Варламовым. Автор показывает своего героя во всей сложности его характера и судьбы, снимая хрестоматийный глянец с удивительной жизни одного из крупнейших русских мыслителей XX века.

Алексей Николаевич Варламов

Биографии и Мемуары / Документальное
Валентин Серов
Валентин Серов

Широкое привлечение редких архивных документов, уникальной семейной переписки Серовых, редко цитируемых воспоминаний современников художника позволило автору создать жизнеописание одного из ярчайших мастеров Серебряного века Валентина Александровича Серова. Ученик Репина и Чистякова, Серов прославился как непревзойденный мастер глубоко психологического портрета. В своем творчестве Серов отразил и внешний блеск рубежа XIX–XX веков и нараставшие в то время социальные коллизии, приведшие страну на край пропасти. Художник создал замечательную портретную галерею всемирно известных современников – Шаляпина, Римского-Корсакова, Чехова, Дягилева, Ермоловой, Станиславского, передав таким образом их мощные творческие импульсы в грядущий век.

Марк Исаевич Копшицер , Вера Алексеевна Смирнова-Ракитина , Аркадий Иванович Кудря , Екатерина Михайловна Алленова , Игорь Эммануилович Грабарь

Биографии и Мемуары / Живопись, альбомы, иллюстрированные каталоги / Прочее / Изобразительное искусство, фотография / Документальное

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Геннадий Яковлевич Федотов , Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное