Читаем Преодолей пустоту полностью

Я остановился, однако не слишком резко, чтобы это не выглядело как испуг. Пока зверь вот так изучает меня, ничего делать не стоит. Нужно дать возможность изучить себя. Вот он я - без зла и страха. Я слегка отвел взгляд и стал рассматривать зверя искоса: широкая грудь, крепкие ноги, над глазами белесые брови. Волчица - я не ошибся. Еще не старая, спокойная, сильная. И при ней нет выводка значит, в этот год она не была матерью, она свободна от страха за потомство.

Поза волчицы, ее мимика изменились. С самого начала она не видела во мне жертвы. Теперь она убедилась, что я не враг. Тут бы и повернуть ей и поспешить по своим Делам.

Я еще не издал ни одного звука, не мобилизовал эмоции, но волчица не спешила уйти. Видимо, знала уже людей, и они не вызывали у нее тревоги...

Да, ЭВМ оценивает труднопроходимость местности, звериный ареал. Но как машина может учесть, например, личность здешнего лесника? А ведь от этого зависит часто отношение зверя к тебе, спортсмену-проходчику.

Я издал тихий звук. Я проникся уважением и дружелюбием к этой сильной, спокойной волчице.

Она слегка отвела уши назад, глаза ее удлинились, взгляд скользнул по мне и ушел, казалось, в сторону. Но на самом деле, совершенно ясно, я все время был в поле ее зрения. Весь я - малейшее движение рук, мускулов лица фиксировался этим вроде бы посторонним взглядом.

Прошло еще несколько мгновений - я был спокоен, естествен, доброжелателен.

И волчица улыбнулась, в приветливом жесте слегка откинула вбок переднюю лапу. Легкое движение головой - любопытство; легкое движение телом - оживление, тактичная сдержанность. Теперь главное - не нарушить гармонии доверия.

Не сразу привыкаешь к этому: контролировать эмоции, мимику. Физиономика, самонаблюдение почти (потеряли смысл в обществе, где все заменила речь. Человек привык следить за словом, за выражением слова, а не за выражением лица. Ему легче и естественнее уловить фальшь в речи. Но так же, как человек чувствует определенную смысловую закономерность в речевых построениях, так зверь великолепно разбирается в языке жестов и мимики, в языке эмоций.

Я очень забавлялся, когда однажды со своим волчонком Диком попал на репетицию в театр. Я думал, что, немного освоившись, Дик потеряет интерес к окружающему. Однако он не спешил лечь у моих ног и задремать: то ли чувствовал напряжение актеров, то ли считал; что они имеют ко мне какое-то отношение. Потом мне показалось, что он смотрит пьесу вместе со мной, или, если быть точным, смотрит именно он, а я только слежу за текстом. Местами Дик воспринимал развитие действия совсем по-другому - в комичном противоречии с тем, что изображали, о чем вещали актеры. Актер "благодушествовал", а Дик напрягался, и шерсть на его загривке вставала дыбом. Актер "грозил", а Дик сочувственно подвывал.

Да, пожалуй, не следует забывать о том, что неизбежным следствием, невольным результатом твоих мыслей и чувств оказываются мимика, жест, взгляд. Они как бы несут ответственность за твое истинное я, как бы наперед проецируют смысл поступков.

Верю, верю всякому зверю...

Волчица несколько раз припала к земле. Кажется, она приглашала меня порезвиться.

Ну что ж...

Она сделала круг, пританцовывая передними лапами.

Тучи плотно обложили небо. Темень быстро сгущалась. Дождя уже, видимо, не будет. А вот туман... туман появляется. Но это ничего, хуже, что тело уже не улавливает импульсов Маяка. Наступает чувственная слепота. Впереди ночь...

Зверя не обмануть. Уловив мою рассеянность, волчица насторожилась. Усилием воли я отогнал посторонние мысли - настороженность зверя прошла.

Волчица, пританцовывая, снова сделала круг. Вдруг она взлетела вверх и мягко упала на лапы. Начиналась игра. Мы легко, вскользь задели друг друга. И вот - игровая схватка! Великое свидетельство доверия! Бывало, и раньше мне помогали звери, но вот так, пойти на игру с первой встречи!..

Игра - нелегкое испытание для натруженного за день тела. Но я уже вошел, в азарт. Это приятно - чувствовать себя со зверем на равных.

Волчица была стремительнее, гибче, но силы и ловкости хватало и у меня. Волчица, разлетевшись с невероятной скоростью, то вдруг резко тормозила, вспахивая лапами землю, то свирепо налетала на меня. Я чувствовал, какая в ее мышцах мощь. Немалая сила нужна была, чтобы выстоять под ее напором или смягчить ее удары. Впрочем, как ни свирепо налетала она, укусы ее были так осторожны, как если бы она брала в пасть волчонка.

Наконец мы выдохлись.

Мы сидели рядом. Я - привалившись к дереву, она-растянувшись на траве. Совсем рядом. Я протянул руку. Волчица пригнула голову к самой земле, ловя взглядом каждое мое движение. Я не торопился опускать руку. Я следил за ее глазами, за ушами, носом. Опустил руку, провел ладонью вдоль спины волчицы - она позволила мне это. Теперь можно было прикреплять теледатчик. Конечно, я мог сделать это уже во время игры - считается, чем раньше, тем лучше, потому что набегают очки. Но я хотел полной победы, полного доверия! Что ни говори, это мой последний забег.

Я осторожно надел па волчицу ошейник с датчиком.