Читаем Преобразователи полностью

– Мать не даст. Да и остальные его осадят, вы же знаете, что Совет сейчас, – невнятно начала Альхэ, откидываясь на постель и сгребая с собой покрасневшего жреца вместо грелки и гладя его по волосам словно кота, – очень радикальных взглядов. Мактара-то не трогают, просто потому, что он себя хорошо ведет.

– Мне льстит, – полузадушенно просипел жрец в ответ.

Обстановка немного разрядилась. Дунха и Менху, убедившись, что их помощь не нужна, ушли, пожелав доброй ночи. Младший алхимик уже у порога добавил совершенно искреннее пожелание не отойти в объятия Темной за эту ночь, игнорируя жреческое “Не богохульствуй”. Следом их оставила и Райтана. Антар посмотрел на явно не слишком уютно чувствующего себя Мактара, на задремавшую Альхэ, и пристроился с другой стороны от нее, прижимая к себе и шепотом уговаривая ослабить хватку и дать-таки Мактару подышать.

Освобожденный из захвата, но не из объятий, жрец благодарно прикрыл глаза, устраиваясь удобнее. Альхэ уснула почти сразу, буквально проваливаясь в темноту, уже не слыша, как над ней тихо переговариваются менталист и жрец. Она просто впервые за последние несколько месяцев успокоилась.

*

– Я с этими накопителями полгода работать смогу, – задумчиво протянул Дунха, с приличного расстояния рассматривающий, как Альхэ сливает магию в кристаллы, чтобы активация ограничителей прошла легче.

– Все одно польза, хоть не в пустоту сбрасывать, так что радуйся. Хотя Антар явно горит желанием превратить в пепел мозги Макху. Вокруг него уже пустота образовалась, даже Райтана в сторону отошла, – Менху поежился, когда менталист перевел на него взгляд, явно ощутив, что говорят о нем.

– Я бы даже его побег прикрыл, – поджал губы алхимик. – У него есть повод так реагировать.

Рейте Анктар не удалось отговорить Совет от ограничителей, хотя перевес у согласных с таким вариантом был минимальный. Единственная поблажка, которую она сумела выгрызти для дочери – и то, только после того, как выслушала, сцепив зубы, очередную долгую речь про дурную наследственность – это храмовые ограничители, о которых ей успел рассказать Мактар. Жрец “случайно” столкнулся с ней в коридоре прямо перед заседанием. И теперь под внимательным взглядом собравшихся застегивал на Альхэ тяжелые даже на вид металлические браслеты. Редкий случай, крайне интересное зрелище, увлекательное, поглаживающее самолюбие многих.

При Иттрэе такого бы не случилось, но, увы, она даже не знала, жив ли тот сейчас, поддерживать связь с изгнанниками запрещалось. Макху очень злобно проходился по очевидному сходству отца и дочери, предрекая последней такое же “падение до опытов над разумными”. Рейта щурила глаза, представляя, как на столе в лаборатории разбирает на куски собеседника. Доразбавлялись. Слишком сильно на современных преобразователей повлияли регулярные браки со смертными. Макху пусть и кичился заслугами предков и несколькими поколениями исключительно преобразователей в семье, но утрата права на фамилию и пятипалость говорили за себя. Если бы не запрет выжигать человеческое наследие, как это делали предки…

Анктар-старшая хмыкнула, вспоминая витражи в Нижнем Городе. Предки преобразователей пришли из другого мира. Все как один – шестипалые, с белыми волосами и почти прозрачными глазами, похожие не то на ледяные скульптуры, не то на оживший мрамор. По меркам своих потомков – невероятно жестокие и беспринципные. Скатившиеся в порок и аморальность, не чурающиеся даже кровосмешения – ритуалы позволяли исправлять все. В этом чужом для них мире у них стали рождаться темноволосые дети, впитавшие с молоком матери и первым вздохом темноту местной магии. Создавшие культ Безымянной Темной. Новая опора своего народа. Рейта не собиралась терять близость к полубожественным предкам. Все ее внуки будут чистокровными, это она обеспечит. А если дочь захочет не просто недолго поразвлекаться с этим полукровкой – знает она один занятный ритуал. Смертельно опасный, но мальчишка – жрец, и не самый бесталанный, если кто и выдержит, так это он. Правда, из Башни после этого им всем придется уйти.

Мактар закончил с первым ограничителем, давая Альхэ немного времени привыкнуть к ощущениям, смерил презрительным взглядом попытавшегося поторопить его Макху. Не выдержал и все-таки сказал:

– Если Вы вот так, не узнав тонкостей и ничего не просчитав, принимаете все решения, то нет ничего удивительного в том, что преобразователей – по настоящему сильных преобразователей – на Севере все меньше. Или уходят, или вы их сами на корню губите.

Алхимик попытался подойти ближе к храму, но резко посерел, стоило пересечь невысокую ограду. Рейта Анктар смотрела внимательно, запоминая каждую гримасу на лице Макху. На территории храма жрец – сам себе источник силы, каждая капля магии, даже в чужом теле – в его власти. Правда, теперь Мактару придется реже покидать свое основное жилище, но то, с каким безрассудством мальчишка прилюдно наживал себе опасного врага, восхищало. Дженталь – брат, само собой – широко улыбался, показывая характерные для чистокровного острые клыки.