Читаем Предавшие СССР полностью

Заметим, что собралось практически все руководство страны (не было только президента, который отдыхал, и вице-президента, которого решили не впрягать раньше срока в трудные проблемы).

Участники встречи решили отправить несколько человек в Крым к. 18 августа эта группа ответственных работников (,,, и ) прибыла к. Органы госбезопасности представлял начальник 9-го управления КГБ СССР, ответственный за безопасность Президента СССР. Он, по словам, не был посвящён в детали вопроса. Сам же председатель КГБ СССР продолжал встречи с руководителями КГБ различных уровней и обсуждал с ними обстановку, все суждения были тревожными, безрадостными.

занял уже привычную для него позицию неопределённости. «Прибывшей в Форос депутации от ГКЧП он заявил: „Черт с вами, действуйте!“ Запутанная ситуация, — чёткого ответа о необходимости ввести чрезвычайное положение он не дал — вполне в духе других лицемерных заявления, резолюций и действий».[920]

После той крымской встречи с для было ясно, что Президент страны поддержит введение чрезвычайных мер, если они будут успешными.[921] Так уже было не раз. Нужно было действовать. Аналогично высказывались и остальные участники того разговора.[922] Кроме одной стороны:, которому такая трактовка их беседы не вполне устраивали.

«Но не был бы … Он мог принять меры к временному задержанию делегации, для этого у него было достаточно полномочий и находившихся в его распоряжении сил. Он мог бы немедленно позвонить в Кремль (связь в то время работала) и потребовать немедленно прекратить до его возвращения все действия по подготовке введения чрезвычайного положения. Ему ничего не стоило просто сесть в самолёт и прибыть в Москву, если уж там заварилась такая крутая каша. Ничего этого он не сделал».[923]

5.13.5. Далее, по словам, было следующее: «Примерно в 18 часов позвонил и сказал, что полетевшие возвращаются, надо бы собраться. ….После 20 часов я прибыл в Кремль. Из доклада приехавших товарищей однозначно следовало, что выбрал свой обычный метод поведения — выделайте, а я подожду в сторонке: получится — я с вами, нет — я ваш противник и не в курсе дела».[924]

Уже привычный горбачевский приём. Он даже ничего нового не предлагал.[925]

В ночь на 19 августа были подписан Указ вице-президента СССР по поводу вступления в исполнение обязанностей Президента, «Заявление советского руководства» о введении в стране чрезвычайного положения в отдельных местностях страны сроком на 6 месяцев. Так был создан Государственный комитет чрезвычайного положения в СССР (ГКЧП СССР) из 8 человек, включая вице-президента, премьер-министра., первого заместителя председателя Совета обороны СССР, министра обороны, министра внутренних дел, председателя КГБ СССР, президента Ассоциации государственных предприятий и объектов промышленности, строительства, транспорта и связи СССР, председатель Крестьянского союза СССР

Особую позицию занял Председатель Верховного Совета. Через десять лет скажет: «Ещё один такой же „друг“ —. В Форосе я требовал созвать Съезд народных депутатов, говорил приехавшей ко мне команде: вы погубите себя, черт с вами, это ваше дело, но главное — вы погубите государство. Пусть съезд или Верховный Совет решат, но как раз они этого и боялись. в Москве хитрил: по сути дела поддержал ГКЧП, а тайно надеялся, что как самозванец и узурпатор будет смещён. А поскольку съезд будет в ноябре, то до этого будет действовать временный президент. По Конституции им должен был стать. А вообще он выжидал: белые победят — с белыми, красные победят — с красными».[926] Точно также в то же время говорил о горбачевском «друге» и.[927] Разумеется, сам высказывался по иному.

5.13.6. Обратим внимание на следующие слова из текста «Обращения к советскому народу»: ГКЧП «преисполнен решимости принять самые серьёзные меры по скорейшему выводу государства и общества из кризиса». Но мер то никаких не было, мало того, сомнительно, что существовал сколько-нибудь продуманный план таких мер. По большому счёту, это Обращение было обманом, за которым стояла уже надоевшая наша отечественная привычка говорить то чего нет. Дело хотели заменить словами. Наполненный патетикой документ призывал людей присоединиться к тому, что только в мечтах и собирались делать. Пособирались и через три дня передумали?

«Историкам современности и политологам не известны другие случаи аналогичной дездеятельности в моменты, когда, казалось бы, шла борьба за власть, за судьбу страны».[928]

Бестолковое введение бронетехники — единственная мера, которую осуществил ГКЧП, но бестолковость эту они сами же признали через пару дней. Кстати, похоже на влияние оказал способ давления на оппозицию, путём демонстрации войск, применённый в марте 1991 года (см. пункт настоящей книги).[929] Он, вместе с другими, решил его повторить. Но раз на раз не приходится.