Именно поэтому через год в преддверии Рождества снова собрались те, кто мог. А также те, кто не мог, но очень хотел. Чтобы, пользуясь дармовыми выходными, вспомнить, как поются рождественские песнопения и песенки. Ведь хотя мы и не гнались за профессиональным качеством исполнения, но все же некоторый уровень музыкальности старались поддерживать. Во всяком случае, ирмос, тропарь и кондак мы разучили на три голоса и так, чтобы не слишком фальшивить. А это потребовало, по крайней мере в первый год, известного количества репетиций. Впрочем, на второй год учиться пришлось в основном тем, кто присоединился к нашей компании впервые. К сожалению, мы лишились нашего «художественного руководителя и дирижера». Танина дочка подросла, Таня вернулась на свой боевой пост на клиросе, и на колядки ее уже не хватало. Поэтому пришлось обходиться своими силами, доказав себе, а заодно и уважаемым читателям, что не боги горшки обжигают. Зато баба Женя не только прочно влилась в наш коллектив, но и научила нас некоторым известным ей рождественским песням.

Я уже говорил, что, несмотря на все наши усилия избавляться от гостинцев, в первый год мы наколядовали изрядное количество сладостей, без которых хозяева не хотели нас отпускать. Просто угрюмо «поделить добычу» казалось нам не очень хорошей идеей: ну не ради же шоколадок ходили! Во второй раз мы придумали хорошее решение в том числе и этой проблемы. Навестив всех знакомых, мы отправились в местную больницу. Там прошли по палатам, попели и раздали все, что принесли с собой. Впрочем, нужно сказать, что хождение с колядками по палатам в больнице требует значительного такта. Где-то могут быть тяжелые больные, которым неприятны громкие звуки, кто-то спит или отдыхает. А уж начав, надо суметь распределить силы и время на все палаты. Иначе, представляете, как обидно будет тем, до кого вы не дошли!

Должен сказать, что славить Христа на Рождество всегда было занятием детским. И хотя от хождения с колядками все мы получаем большое удовольствие, есть такое чувство, что заниматься этим нам приходится за «нерадивых» детей. Вот и пытаемся их, кого получается, звать в компанию. И есть у меня такая мечта. Чтобы, дай Бог, лет через несколько старший сын, который сейчас уже пошел в школу, сказал: «У вас, родители, свои планы, а мы с друзьями договорились идти Христа славить». А мы тогда останемся дома, отдохнем после службы и даже не будем ждать, чтобы дети зашли к нам. Ведь есть те, кому это нужнее.

Илья Оводов

Храмы и икона Рождества Христова

Наиболее известные храмы Рождества Христова:

В Вифлееме, на месте Рождения Спасителя, с пещерой Рождества.

Храм святой Софии, Премудрости Божией, – главный храм Константинополя и всей Византийской империи – посвящен именно Рождеству Христову. Премудрость Божия – это и есть Сын Божий, Иисус Христос.

Храм Христа Спасителя в Москве: главный алтарь его посвящен Рождеству Христову.

Икона (слово это по-гречески означает «образ») – это окно в вечность, в Царствие Небесное, а не просто изображение какого-то события. Из иконы вечность смотрит на нас, а мы – на вечность.

Вот почему на иконе праздника Рождества Христова (как и на иконах некоторых других праздников) изображены сразу несколько событий: икона передает все самое главное, что для нас, для рода человеческого, означает Рождество Христово.

Дева Мария возлежит в вертепе (пещере) у яслей. Надлежащим в яслях Младенцем склонились осел и вол. Сверху на пещеру падает луч света от Вифлеемской звезды. Справа – Архангел Гавриил, Божий вестник, он склонился к фигуре пастуха, и этот пастух изображен за всех пастухов, призванных прийти к яслям Христовым (мы ведь не знаем, сколько их было). А три Ангела слева – олицетворение всех Сил Небесных, славословящих рождение Бога: «Слава в вышних Богу, и на земле мир, в человеках благоволение!» (Лк. 2, 14).

А вот внизу на конях волхвы. Их трое: молодой, средних лет и старый, один из них смугл. Волхвы представляют все возрасты человека и олицетворяют собою все народы земли. В Средневековье за волхвами закрепились имена: старый и седой, с длинной бородой – Мельхиор, смуглый, средних лет, бородатый – Валтасар, а самый юный, безбородый, румяный – Гаспар.

Внизу справа сидят повитухи, омывающие Младенца (как мы видим, Младенец изображен дважды – в пещере и в руках повитухи).

Слева внизу сидит Иосиф, понурый и грустный, опершись головой на руку. Произошло великое чудо и великая радость, – почему же он так печален? А что за странный сгорбленный старичок в одежде из шкур и с кривой палкой рядом с ним? Это бес, навевавший на Иосифа тоску и сомнение, когда он увидел, что Мария беременна (это описано в Евангелии от Матфея; см.: Мф. 1, 18–21). Икона запечатлела не только радость Рождества, но и то, что бывает в духовной жизни всякого человека и без чего нет ни побед, ни истинной веры: момент слабости, сомнения, неверия в чудо…

Вифлеем