Читаем Правоверный полностью

Разместили их вместе, хотя и в маленькой, но довольно уютной и теплой хижине. Смит поинтересовался, когда начнутся переговоры, и будет ли в них участвовать Ахмад Шах. Но неосведомленный в этом вопросе Филипп, только пожал плечами. Ему было известно, что Гафур от имени «альянса» был уполномочен вести переговоры с северной группировкой, по выработке единого плана наступления на режим Наджибуллы. Но когда оно должно произойти, ему было не известно.

Оба вышли из хижины закутанные в чадары. Было довольно прохладно. Протапливающий их хижину моджахед, который и приносил постояльцам еду, рассказал, что от кишлака, в котором они находятся, всего лишь двадцать километров от главного перевала Гиндукуша, — Саланга.

О перевале Фил знал только из источников, по которым несколько лет назад изучал Афганистан. Ему было известно, что дорогу через этот перевал пробивали советские специалисты. Строительство шло долго и тщательно. Сколько всего тоннелей пройдено, Фил не знал, но знал, что самый главный из них, прорытый в самой седловине, — два с половиной километра. Ему было хорошо известно, что если бы не эта трасса, в северные провинции Афганистана на машине, вряд ли можно добраться. В лучшем случае, пришлось бы давать многокилометровый крюк…

Ужинали тушеными кроликами. Приправленные каким-то известным, только местным аборигенам соусом, по вкусу они были бесподобны. Кроликов этих, ухаживающий за ними моджахед, назвал пишухами Как он пояснил, это самые настоящие карликовые родственники известных всем кроликов и зайцев, которых в предгорьях Гиндукуша, довольно много. И добычей они становятся не столько людей, сколько волков, лисиц и ласок.

Утром следующего дня Филиппа Джексона и Генри Смита пригласил к себе один из приближенных Ахмад Шаха, полевой командир Исмаил.

В комнате застеленной скромной расцветки ворсистыми коврами, их встретил довольно интеллигентного вида моджахед. Высокий рост и плотное телосложение, аккуратно подстриженная бородка, выдавали в нем нуристанца, — одного из многочисленных потомков воинов Александра Македонского, проходивших когда-то, в те далекие времена, здесь, по территории северного Бадахшана. На вид ему было не более тридцати пяти лет. Одет он был в традиционную национальную одежду. На голове форсисто держалась надетая набекрень, слегка примятая нуристанская шапочка. Точно такая же, в какой был изображен на своих листовках — воззваниях, Ахмад Шах.

После небольшого замешательства стороны обменялись традиционными афганскими приветствиями. Затем последовало приглашение к завтраку.

На достархане было традиционное восточное угощение: три фаянсовых чайника, три такие же чашечки и блюдца с мелко наколотым кусковым сахаром и фисташками.

И первым делом, как это принято на Востоке, Исмаил поинтересовался состоянием здоровья гостей, хорошо ли они отдохнули с дороги. Филипп ответил за всех, что все нормально, и в свою очередь спросил о его здоровье.

Следуя древним восточным традициям, им, как и всем гостям, первым было предложено вымыть из кувшина руки и вытереть свежим полотенцем, первыми надломить хлеб, и первыми начать есть, только что принесенное блюдо с пловом.

Когда завтрак был закончен и приступили к чаепитию, Исмаил передал извинение Ахмад Шаха, что тот не может лично принять британского журналиста и посланца американских друзей, в связи с большой занятостью, и поручил это сделать ему, его помощнику по связям с иностранными представителями. Филипп все добросовестно переводил. Из того, как Исмаил прислушивался к переводу, Филипп понял, что тот прекрасно знает английский язык. В этом он и не сомневался. Вряд ли Ахмад Шах поручил бы устанавливать контакты и вести необходимые переговоры с иностранными представителями лицу, не знающему иностранного, в частности, английского языка.

Передав извинение, Исмаил спросил, какие именно вопросы интересуют гостя. Зная, что Филипп прибыл с журналистом в качестве переводчика, вопрос этот был адресован Генри Смиту.

Смит со свойственной ему прямотой, но в то же время очень деликатно, попросил:

— Мистер Исмаил, западная пресса почти ничего не знает о таком уникальном лидере северной оппозиции, как Ахмад Шах. Не могли бы вы рассказать нам о нем то, что посчитаете возможным.

— Видите ли, мистер Смит, — деликатно ответил Исмаил, — я не получал от Ахмад Шаха полномочий, давать вам о нем какую-либо информацию. Он будет через неделю, и вы будете иметь возможность задать вопрос лично ему.

— Как ваша оппозиция относится к правительству Бабрака Кармаля? — теперь уже без упоминания личности Ахмад Шаха, задал новый вопрос Смит.

— Он для нас пустое место, мистер Смит. Мы его считаем марионеткой Советов. Его правительство не имеет будущего и за свои преступления понесет наказание.

— Скажите, мистер Исмаил, какие у вас контакты с «альянсом семи», который находится в Пакистане? Совпадают ли ваши основные интересы в борьбе с нынешним режимом в Кабуле?