Читаем Правила обмана полностью

— Следуйте на главный пропускной пункт на Давосштрассе, при въезде в город. Там сделают новую фотографию и выдадут вам новый пропуск взамен этого. Он всегда должен быть на виду. Все ясно? — Он слегка хлопнул по дверце и направился к следующей машине: — Продолжаем! Время не ждет!

* * *

На главном контрольно-пропускном пункте Джонатану выдали новое удостоверение и программу форума, а также карту города и пропуск на фуникулеры Якобсхорна и Парсенна. Офицер проводил его до «мерседеса» и показал дорогу к отелю «Бельведер», который стоял на склоне холма, в трехстах метрах дальше по дороге.

Джонатан ехал со скоростью меньше десяти километров в час. На тротуарах было многолюдно, на каждом углу, выборочно проверяя документы, стояли солдаты. Улицы также патрулировались полицейскими с немецкими овчарками. Давосштрассе вилась через весь город мимо ювелирных бутиков и лыжных магазинов, причудливых гостиниц и кафе. К «Бельведеру» вела крутая подъездная дорога. Вход в отель ограничивало заграждение. По обеим сторонам возвышался временный трехметровый забор с колючей проволокой по верху. Ограждение уходило вверх по склону и полностью огораживало территорию отеля.

Добро пожаловать в Красную зону.

Джонатан притормозил. К нему подошел вооруженный охранник и пропустил его удостоверение через ручное считывающее устройство. Шлагбаум поднялся, и Джонатан проехал вперед. У вращающихся дверей он остановился. По обеим сторонам стояли солдаты с прижатыми к груди автоматами. В зеркало заднего вида Джонатан заметил, как опустился шлагбаум. Это напомнило ему момент, когда захлопывается дверь банковского хранилища.

Сидя за рулем, он обдумывал следующий шаг. Где должна произойти встреча? В гостинице? Должен ли он позвонить Джину или просто сидеть и ждать? Сейчас ровно полдень. Но швейцарские банкиры не особо пунктуальны. Джонатану оставалось не спускать глаз с трех широких ступеней, покрытых ковровой дорожкой, которые вели к центральному входу. Охранники обратили на него внимание, и один направился к нему. Джонатан сглотнул, на лбу выступил пот. Сначала он усердно изучал свои ногти, затем поправил галстук. И снова посмотрел на вход. Охранник вернулся на пост и принялся пристально осматривать окрестности с таким видом, будто нарушителя мог остановить один его взгляд, а вовсе не трехметровый забор.

В следующее мгновение началось что-то невообразимое. Из дверей хлынул поток людей в черных костюмах. Сколько их — сосчитать было невозможно. Джонатан успел досчитать до семи, когда увидел Джина. Высокий, статный, элегантный, с едва заметной бородкой, он шел одновременно со всеми и отдельно от всех. Эту иллюзию создавало высокомерное недовольство, написанное у него на лице, — Джонатан заметил это характерное выражение еще на фотографии в газете. Парвез Джин.

И вдруг раздался крик. На мгновение Джонатан подумал, что кто-то зовет на помощь. Но это не был испуганный крик. В поле зрения не появились ни наемные убийцы, ни самоубийцы с бомбами наперевес. Напротив, это был крик радости. Парвез Джин стоял, прижав руки к лицу, на котором появилось выражение бесконечного блаженства.

— Моя машина, — сказал он по-английски. — «S-550». Шедевр.

— Восьмицилиндровый? — спросил кто-то.

Голос Джина осадил нахала:

— Двенадцати!..

Машину тут же окружила восторженная толпа, но никто не отважился притронуться к ней. Джин прошел вдоль автомобиля, окидывая его взглядом самого критичного покупателя.

Джонатан опустил стекло, чтобы никто не заметил следы от пуль. А вмятины на крыльях он успел исправить сам. Парень на сервисной станции подобрал подходящую черную краску. Конечно, получилось не идеально, но в глаза не бросалось. Последние штрихи по наведению лоска были сделаны прямо перед въездом в Давос. Если не считать окна, автомобиль выглядел совсем новеньким, словно только что сошел с конвейера.

Джонатан вышел из машины.

К нему мгновенно, но без тени враждебности подошел шеф службы безопасности. Он поклонился и устроил целое представление из рукопожатия и восхваления красоты автомобиля. Джонатан — рослый мужчина в идеально сидящем на нем костюме и с не менее идеальной прической — выглядел как классический немецкий продавец машин с плаката. Родина «мерседеса» давно сотрудничала с Исламской Республикой Иран. Джин отступил на шаг назад. Если он и удивился, увидев вместо Эвы Крюгер мужчину, то ничем не выдал себя. Он протянул Джонатану холеную руку и обратился к нему на английском:

— Рад вас видеть.

— Эван Крюгер, — представился Джонатан, схватив руку. При этом он почувствовал, как Джин слегка отдернул руку, когда услышал его имя. Иранец подошел поближе, его красивое лицо исказила свирепая улыбка. Джонатан прошептал: — С Эвой произошел несчастный случай. Меня прислали вместо нее. — И уже громче добавил: — Буду счастлив, господин Джин, если вы согласитесь совершить со мной небольшую демонстрационную поездку.