Читаем Правда о «Зените» полностью

Когда ЛОМО уходило, наши контракты отдали нам на руки. А Гусев потребовал в течение двух дней принести их в клуб — чтобы переподписать в одностороннем порядке на ухудшенных условиях. За других не скажу, но я ничего не принес — мне не нужно было опять привязывать себя к «Зениту», после сезона я хотел уехать. Это был сентябрь 90-го, у меня тогда ребенок родился. Мне говорят: неси контракт — иначе и не уедешь, и здесь играть не будешь. Опять, словом, хоронить заживо начали.

Мы к тому моменту играли в первой лиге, и уже не могли ни выйти в высшую, не вылететь во вторую. Но они на компромисс не пошли, и в октябре я из «Зенита» просто ушел. Зарплату мне платить перестали — наоборот, потребовали, чтобы я вернул деньги за последние два месяца. Конечно, я ничего не вернул. А как только ушел, в клубе вообще потеряли ко мне интерес. Никто даже не пытался узнать, где я, что со мной, на что живу, чем занимаюсь. Словно меня прокляли, словно меня в «Зените» никогда и не было.

Слава богу, какие-то мелкие остатки накоплений еще были. Время было тяжелое, голодное — павловскую реформу помните? А тут еще и новорожденная дочка, которую нужно кормить. Но человек может через все пройти. Единственный плюс — наконец-то занялся той осенью институтом, сдал все долги, а летом 91-го — и госэкзамены. Хоть без образования не остался. Но осадок по отношению к «Зениту» остался очень неприятный. Отпустили бы меня в «Днепр» — и вспоминал бы о родном клубе только хорошее. Но этот последний год испортил очень многое. Я понял, что единственный шанс вырваться из этого болота — обрубить все нити, связывавшие меня с «Зенитом» и с Россией, забыть обо всем, что было, и начать новую жизнь. В Норвегии это и сделал, задержавшись там на 17 лет. А с Россией у меня до 97-го года вообще никакого контакта не было.

В Норвегию Баранник уехал почти инкогнито, по туристической визе. Полгода спустя ему перешлют заметку из «Ленинградской правды» под заголовком «Где вы, мистер Икс?» — только из нее в стране и городе впервые узнают, где находится далеко не последний их игрок. В те времена такое было в порядке вещей.

По первому контракту он получал тысячу долларов в месяц, на которые в этой скандинавской стране прожить практически невозможно. Но по сравнению с тогдашним «Зенитом» и это был рай. Да и разве только с «Зенитом»?

Свой монолог об этом времени Баранник завершил так: