Читаем Праймашина полностью

– Мы вас не нашли, господин прокурор, – вежливо ответил молниеносный. – Я отправил пятерых посыльных, но все вернулись ни с чем.

Повелителем Эдди Грома был император, именно он, Пауль, глава всех доктов, лично воскрешал Эдди в случае необходимости, и этот факт позволял Грому держаться с прокурором почти на равных. И он совершенно не ощущал себя телохранителем Петерсена, каковым на самом деле являлся, скорее – заместителем.

– Ах да, не нашли… – Прокурор потянул за узду, придерживая чересчур разогнавшуюся лошадь, и объяснил: – Я инспектировал строительство западной стены, ее реконструируют на деньги короны, и я считаю, что размах воровства там давно вышел за рамки приличий. Скажу честно: при Феррауте такой бардак был невозможен, а вот наш нынешний повелитель, да продлится его правление как можно дольше, немного распустил подданных… – Петерсен умолк, после чего продолжил другим тоном: – А потом я решил немного прогуляться. Здесь замечательные места, Эдди, очень красивые. Леса совсем не похожи на северные, даже шумят иначе, а Ильва на закате просто великолепна… Ты уверен, что Карлоса не убьют до нашего возвращения?

Резкий переход от мягкого, романтичного тона к деловому и жесткому вопросу мог сбить с толку кого угодно, но только не Грома – он давно привык к манере разговора Петерсена.

– Я предупредил начальника городской стражи о личной ответственности за жизнь Карлоса Грида, – размеренно ответил Герой. – Если с мальчишкой что-то случится, голову там разобьет или понос его до смерти замучает, мне придется кое-кого убить.

– Слово надо держать, – кивнул прокурор. – Но я хочу обязательно переговорить с Карлосом.

– Для этого нам надо как можно быстрее оказаться в тюрьме.

– Звучит забавно.

– Спасибо. – Эдди Гром выдержал паузу, демонстрируя, что добавлять «господин прокурор» не намерен, после чего поинтересовался: – Чем Карлос Грид так важен?

– Еще не знаю.

– Тоже смешно.

– Только на первый взгляд. – Петерсен помолчал. – Ты веришь, что мальчишка убил отца?

Ответ на этот вопрос Герой сопроводил пожатием плеч:

– В жизни всякое случается, насмотрелся. Не каждый наследник согласен терпеливо ждать, когда надоевшего папашу свалит старость, болячка или соседний лорд. Дети торопятся урвать свое, глотнуть власти, а туманит она почище крепкого вина.

В словах Эдди был смысл, и прокурору пришлось уточнить:

– Хорошо, поставлю вопрос иначе: если Карлос Грид действительно убил отца, пошли бы за ним Герои?

– Гм… – Гром поправил ремень, после чего негромко повторил: – Всякое случается, но… – Герои привязаны к лорду, а цена их верности – каталист. Казалось бы, веревка более чем прочная, но уникальным этот артефакт делает не лорд, а Герой, и если между ним и повелителем пробежит черная кошка, Герой сможет создать другой каталист и вручить его более подходящему владыке. – Датос был хорошим лордом?

– Насколько я знаю – да.

– В таком случае, его Герои вряд ли пошли бы за убийцей.

– И это косвенно обеляет Карлоса, – улыбнулся прокурор. – Против молодого Грида свидетельствуют ментор, пара стражников и кобрийцы во главе с Лашаром. Первая троица наверняка куплена, тем более ментор Ханс вот-вот заполучит гридийскую корону. И я хочу знать, чем Карлос досадил кобрийцам?

– Он последний законный претендент на гридийское владение, и кобрийцы помогают своему ставленнику, Хансу.

– Или же Стеклодув что-то сказал Карлосу перед смертью. Что-то такое, что переполошило кобрийцев. – Петерсен помолчал. – Или даже напугало их.

Три часа. Три часа понадобилось лекарям, чтобы привести Лашара в чувство. Рыцарь оставался слаб, едва ходил, тяжело опираясь на трость и руку Героя, но ясность ума вернулась, и как только это случилось, Лашар велел везти себя в ратушу.

Безумие? Сила? Страх перед леди Кобрин? Или все-таки неукротимость?

Исподлобья не знал, что думать. Невысокий и плешивый Маркус перевернул его представление о людях, об обычных людях, к которым Том давно не испытывал ничего, кроме презрения. Слабый и совсем не выносливый Лашар оказался настолько крепок духом, что сумел потрясти Героя, и это было для Тома полной неожиданностью. И он, наконец, понял, почему леди Кобрин выделяла Маркуса среди помощников и поручала ему самые важные дела.

– Я слышал, вы добились успеха. Поздравляю. – Лашар не поздоровался, не стал тратить время на ненужные разговоры. Поддерживаемый Томом, он медленно вошел в кабинет городского головы, выплюнул фразу, больше похожую на оскорбление, и тяжело опустился в кресло. – Молодцы.

Толстый Статон – голова и болезненно-бледный Жубер – начальник фихтерской стражи переглянулись, но отвечать не стали. Лашара они знали давно и смирились с мерзким характером рыцаря.

– Вам повезло?

– Не важно, – холодно бросил Статон. – Мы захватили Карлоса Грида, и…