Читаем Праймашина полностью

Говорливый коротышка изрядно утомил Егозу во время путешествия, и встретила она его грубовато.

– Пришел тебя предупредить.

– О чем?

Бенефит перегнулся через стол и заговорщицки прошептал:

– Твои друзья в беде.

Прозвучало весьма внушительно.

– Что-то серьезное?

– Очень.

Егоза отложила ложку, сделала глоток пива и, постукивая по столешнице рукоятью ножа, велела:

– Продолжай.

Она прекрасно понимала, что шутить такими вещами Акакий не станет.

– Я был сегодня на Мозговитой улице, – прежним шепотом сообщил ученый. – Заходил по делам к старому приятелю насчет проекта праймовоза поговорить, без подробностей, конечно, ты ведь знаешь эту публику…

– Не тяни!

Восклицание получилось не громким, но таким устрашающим, что ойкнувший Бенефит мгновенно выложил карты на стол.

– Твоих друзей взяли стражники.

И стало вдруг холодно-холодно.

«Твоих друзей взяли стражники». План сорвался. Карлос в тюрьме, из которой у него есть только одна дорога – в петлю.

– Врешь, – прорычала Егоза.

– Карлоса Герой кобрийский опознал, тот, в маске, Ураган драку затеял, но… – Акакий неловко дернул плечом. – В общем, Урагана убили. А Карлоса в тюрьму отвезли.

– Ранили? – глухо спросила Шахмана и сделала еще один глоток пива.

Отвратительного на вкус пива, горького и кислого.

«Когда они успели подменить кружку?»

– Нет, с Карлосом все в порядке. Побили немного, но ничего серьезного. А вот Ураган…

Следующий вопрос Егоза задала почти сразу, и прозвучал он очень жестко:

– Ты их сдал?

Глаза Бенефит не отвел, и страха в его взгляде Шахмана не увидела.

– Нет.

Врет? Нет, не врет. Будь Акакий предателем, сам бы в «Лед и пламя» не пошел, стражников послал бы или Героев. Одному Акакию с Героиней не совладать, а сообщать об аресте, желая отвлечь внимание, – глупо. Вот и получается, что не врет.

– Как это произошло?

– Стражники облаву устроили, вора какого-то ловили, а Карлос с Ураганом оказались не в том месте и не в то время. – Ученый тяжело вздохнул. – Мне жаль.

При чем тут жалость? Жалеют о разбитой чашке, жалеют захромавшую лошадь, пропитые деньги жалеют наутро, а жалеть об аресте друга и смерти Урагана глупо, это полное дерьмо.

– Спасибо, что предупредил, – ровно произнесла Шахмана, отставляя в сторону ставшее невкусным пиво.

– Я вам должен.

– Какая теперь разница?

Ураган ушел к Шпалере и Тишине, Карлос у кобрийцев, она одна, совсем одна, и нет никакого понимания, что делать дальше. Нет рядом лорда, больше нет.

– Я так думаю, бежать тебе надо, – негромко произнес Бенефит, пристально глядя на Героиню.

«Бежать? А это мысль… Покинуть Фихтер, пока Карлос не рассказал, где искать последнего члена команды, уехать подальше на север и наняться к какому-нибудь владетелю. Героев мало, и любой лорд будет счастлив заполучить на службу опытную лису. И чувства вины никакого, потому что все пошло наперекосяк».

Мысль хорошая, но…

– Не могу, – качнула головой Шахмана.

– Почему? – живо поинтересовался Бенефит.

– Карлос – мой лорд. Он невиновен, и я обязана ему помочь.

Разум кричал: «Не глупи!», но губы шептали слова, и громко стучащее сердце подтверждало: «Да, все правильно, Карлос – твой лорд. А значит, ты обязана ему помочь».

– Каким образом?

Первая мысль, что пришла Егозе в голову, была о доброй схватке. Ошеломление постепенно проходило, и Героиней овладевали ярость и жажда крови, привычное желание решить проблему силой, порубить в капусту стражников и вытащить Карлоса из тюрьмы. Избавиться от этой мысли было крайне трудно, но Шахмана смогла перебороть себя. Сжала рукоять ножа так, что побелели костяшки пальцев, стиснула зубы, почти минуту тяжело сопела, не отводя взор от миски с остатками каши, после чего угрюмо произнесла:

– В Фихтер приехал новый имперский прокурор, местные считают его честным человеком. Я пойду к нему и дам показания. Я видела, что лорда Датоса убил Лашар. Я – свидетель.

Акакий прекрасно понял, какую борьбу с собой пришлось выдержать Героине, и в его взгляде появилось искреннее уважение.

– Ты молодец. – Но с предложением девушки не согласился: – Фихтер – вольный город, и прокурор не имеет здесь той власти, что в других владениях. Зато местные очень хорошо относятся к леди Кобрин, и если она скажет, что Карлос виновен… А она скажет, ты уж мне поверь, то спорить с ней не станут. А тебя назовут не свидетелем, а соучастницей.

Так будет? Шахмана тщательно обдумала слова Бенефита, припомнила, что слышала о кобрийцах, и признала: «Да, так будет».

Но это ничего не меняло.

– Я услышала твои слова, Акакий, теперь проваливай.

Он тоже все услышал и предупредил:

– В одиночку ты не справишься.

– Выхода нет, Акакий, мои друзья…

И только тут до Бенефита дошло:

– У Карлоса ваши каталисты!

– Не ори. – Егоза бросила на ученого злой взгляд, помолчала, после чего подтвердила: – Да, у Карлоса наши каталисты. Для себя я могу сделать другой, а вот Ураган, Ржавый Ус и Самострел попали. Если я не вытащу лорда, мои друзья не вернутся.

Не смогут воскреснуть и уйдут навсегда. Так что не одна жизнь на кону, а целых четыре, и Шахмана поняла, что не сможет жить с таким грузом. Ни на западе, ни на востоке – нигде.