— Несколько слов в этом контексте о программе моего исследовательского центра. Как совершенно правильно заметил Виктор Иванович, — Анатолий с плохо скрываемым пренебрежением взглянул в сторону Терещенко, — и как я давно говорил, снятие запретов с так называемых нецензурных или матерных слов является важнейшим пунктом того процесса, который мы с вами начали. Его необходимым условием. По инициативе нашего центра первый канал государственного телевидения подготовил к выпуску серию передач под рабочим названием «Мат и матика». Совместно с городским комитетом, — он кивнул в сторону Терещенко, — и каналом «Культура» мы готовим к эфиру программу «Культура мата». — Анатолий всем своим видом стремился показать, кто истинный автор прошедшего фестиваля, а кто играл роль тупого исполнителя. — Также мы планируем проведение конференции и серии семинаров для средств массовой информации по этому поводу. О сроках проведения конференции могу сказать только то, что она начнется через три недели после утверждения поправок.

— Вы коснулись семинаров, — не вставая, сказал премьер. — Что в этой области предпринимает Министерство высшего и среднего образования?

— Подготовлены коррективы для внесения в школьную программу с первого по одиннадцатый класс. Пока готовятся к выпуску учебники по русскому языку в новой редакции, будут выпущены специальные пособия по изучению русского мата. Выпуск новых учебников будет поручен «Научиздату» и Издательскому дому Аверхольда, хорошо зарекомендовавшим себя при выполнении прошлых госзаказов.

На следующий день при обсуждении Наташиной статьи, рассматривая более чем откровенные фотографии, сделанные во время шоу, главный редактор сказал: «Наташа, думаю, тебе необходимо добавить в материал ненормативную лексику. Нет смысла ожидать закона. Мы должны быть первыми — табу снято».

XXIV. Менеджмент и имиджинг (июнь-август)

На следующий день в кабинете Шустера раздался звонок.

— Александр Яковлевич, вас спрашивает какой-то Борисов, Андрей Егорович, — донесся из трубки голос секретарши. — Он говорит, что вы договаривались о встрече.

«Борисов, Борисов, что-то знакомое», — думал Шустер, перелистывая записную книжку, а потом еженедельник.

— Давай, — сказал он секретарше.

— Александр Яковлевич? Здравствуйте, — послышался в трубке приятный мужской голос. — Меня зовут Андрей Егорович Борисов. Вам должны были говорить обо мне.

— Кто?

— Анатолий Фимин.

— Да-да-да, припоминаю…

— Мне хотелось бы с вами встретиться.

— Что-то важное?

— В общем, да. Анатолий очень просил меня встретиться с вами и поговорить.

— Но меня он об этом не просил. — Александр Яковлевич замолчал. Повисла тяжелая пауза.

— Но… речь идет о выгодном проекте, который касается только вашего Комитета.

— Да-да-да, — промычал Шустер, — давайте на следующей неделе.

— Александр Яковлевич…

Тут Шустер нашел в еженедельнике то, что искал. О Борисове хлопотал Фимин. Шустер подумал, что этот выскочка Фимин все равно добьется своего и лучше сейчас пойти навстречу его протеже, чем сдаться после прямого давления.

— Ладно. Я могу принять вас, скажем, в четверг. В шестнадцать ноль-ноль у меня. Позвоните секретарю — она вам выпишет пропуск. Еще раз, как вас зовут?

— Борисов Андрей Егорович.

В четверг без пяти четыре секретарша доложила Шустеру, что к нему — Борисов. Шустер велел впустить минут через двадцать.

Через двадцать минут на пороге кабинета появился заискивающе улыбающийся молодой человек лет тридцати, невысокий, полный, с залысинами в черных, зачесанных назад волосах. Поздоровавшись, Шустер пригласил его сесть.

— Анатолий мне сказал, что Комитет готов финансировать новый проект, — начал Борисов, протягивая министру визитку.

— Борисов Андрей Егорович, — медленно прочитал Шустер. — Какой проект?

— С презервативами для школьников.

— Финансировать?

— Анатолий сказал, что да. Никто же не станет выпускать их бесплатно.

— Логично. Так вы, значит, хотите их выпускать? И как вы это видите?

— Я предлагаю такую схему. Комитет не может заниматься раздачей презервативов. Это — не по профилю. Следовательно, это может делать какая-нибудь общественная организация или лучше фонд. Создать его несложно. Вы будете его финансировать. Я — выполнять заказ фонда. Он — раздавать презервативы. Кто выступит учредителем фонда, меня, понятно, не интересует. — Борисов посмотрел в глаза Шустеру и встретил ответный внимательный взгляд. — При необходимости и моя фирма может выступить его учредителем.

— В этом, думаю, нет необходимости.

— Тридцать процентов прибыли я готов перечислять в фонд в качестве пожертвования.

— Это благородно… Думаю, можно и шестьдесят.

— Необходимо просчитать рентабельность…

— Просчитайте.

— Могу оказать содействие в регистрации фонда, — суетился Борисов.

— Повторяю: в этом нет необходимости.

— Я в том смысле, чтобы ускорить процесс. Чем быстрее начнем, тем быстрее кончим, — попытался шутить Андрей Егорович. — Готов хоть завтра перечислить первый взнос.

— Хорошо. Мы проработаем документы… У вас есть что-нибудь?