— Не знаю, — буркнула Зигрид, — но действовать нужно быстро. Уже завтра ответственный за работу свалки начнет бить тревогу, не получив ежевечернего рапорта от Вальдо. У нас ведь ведется постоянный строгий учет. Я не знаю кода доступа к компьютеру, а значит, не смогу подать отчет вместо него. Если мы промолчим, сюда направят патруль для проверки, и тогда…

Она умолкла, лихорадочно соображая. Через минуту ее лицо прояснилось.

— Но, возможно, есть один путь! — воскликнула она. — Он очень опасен, но зато это отобьет у них охоту броситься за нами в погоню.

— Звучит немного… безнадежно, — отозвался Пампкин, широко раскрыв свои светлые глаза.

— Ну, не совсем, — возразила Зигрид. — Сейчас я тебе все объясню, но когда я закончу, ты, возможно, и сам пожалеешь, что не прыгнул в печь добровольно!

Глава 10

ТРОПОЮ МОНСТРОВ

«Ну вот!»

Зигрид подняла лампу-молнию, направив луч желтого света на отверстие тоннеля. Пампкин сморщил носик, уловив поднимающийся из его глубины острый запах кислоты.

— Что это такое?

— Одна из тысячи дорог, ведущих к термитнику! Разве ты не знаешь, что фундамент города изъеден подобными ходами, как пористая губка?

Единственная опасность, которая грозит нам, — это возможность столкнуться с двумя разновидностями врагов: похитителями железа и насекомыми. С другой стороны, никто не отважится последовать за нами в эту преисподнюю.

Мальчик задумчиво покивал.

— Хорошо, — прошептал он. — Это дает нам все-таки больше шансов, чем огонь печи.

Следующий час они провели, собираясь в дорогу. Зигрид хотела прихватить с собой ружье Вальдо, но оружие было надежно заперто в бронированном служебном сейфе с электронным замком, открыть который можно было, только зная секретный код, известный исключительно главному мусорщику. Беглецы натаскали из продуктового автомата кучу бутылок с газировкой, которые составили самую громоздкую часть груза. С едой все оказалось сложнее: запасать скоропортящиеся продукты не имело смысла, так что они ограничились изрядным количеством плиток шоколада, крекеров и сгущенного молока в тюбиках. Под конец Зигрид выгребла все, что смогла найти из осветительных приборов. Опасаясь, что выстилающий тоннель нагар может оказаться едким из-за кислоты, девушка настояла, чтобы Пампкин надел кожаные перчатки Вальдо и обмотал колени тряпками. Сама она сделала то же самое.

Приняв эти меры предосторожности, они полезли в тоннель. Диаметр хода не позволял двигаться в полный рост, поэтому им пришлось ползти на четвереньках. Это было неудобно и довольно тревожно, потому что в случае угрозы быстро спастись бегством они бы не смогли — насекомое с его тремя парами ног догнало бы их в два счета.

— Похоже, что термиты до такой степени изъели перекрытия между некоторыми блоками, что пол отдельных «квартир» не выдержал, — поясняла Зигрид, — и их обитатели разбились о пол нижнего этажа, который тоже оказался поврежден и обрушился в свою очередь. Ну и так далее, четыре или пять этажей сразу! От этих обрушений кое-где образовались непреодолимые пропасти. Если наш тоннель приведет к одной из них, нам останется только повернуть назад… Или прыгнуть.

— Как обнадеживающе! — хмыкнул у нее за спиной Пампкин. — И много у тебя еще таких историй?

Они ползли два часа, потом устроили себе небольшую передышку.

Они сели, привалившись боками друг к другу, и Зигрид погасила лампу, чтобы сэкономить батарейки. От копоти, которая и в самом деле оказалась очень едкой, неприятно щипало лицо, губы распухли и потрескались. Зигрид сгорала от желания расспросить Пампкина о заговоре, о котором он упомянул в самом начале, но поскольку мальчик больше не возвращался к причинам, приведшим его на порог мусоросжигателя, она тоже решила молчать. Может быть, он еще недостаточно ей доверяет?

Чертыхаясь, Зигрид растирала ноющие руки и поясницу. Несмотря на накрученные на ноги тряпки, коленки ужасно болели.

— Размеры города невероятно огромны, — внезапно сказал мальчик задумчивым голосом. — Когда живешь на каком-то одном этаже, этого не осознаешь.

— Это точно, — вздохнула девушка. — Это как нагромождение коробок на складе. Говорят, что этих коробок здесь многие сотни.

Отдышавшись немного, они поползли дальше. Из-за однообразности тоннеля им казалось, что они топчутся на месте, как на движущейся дорожке тренажера: вокруг не было ничего, что отмечало бы их продвижение вперед. Дважды они замирали на месте, прислушиваясь к доносившемуся издалека шуршанию и скрежету насекомых, а потом снова принимались ползти в дрожащем свете фонаря, который Зигрид укрепила у себя на груди. Девушка не решалась даже подумать о том, что случится, если они неожиданно столкнутся нос к носу с термитом, зазубренные клешни которого без труда крошили даже самый крепкий бетон.

Совершенно выбившись из сил, они снова сделали привал.

— А если в конце концов мы попадем в другой жилой блок? — спросил Пампкин.

Зигрид пожала плечами: