Читаем Посредник полностью

— Нет. В дело вмешалась какая-то очень важная шишка, и его замяли.

— А ты... Как тебе-то удалось узнать про наркотик?

— А я просто-напросто очень долго беседовал с самой уродливой сестричкой того отделения, где лежал Белли, и она была в восторге от того, что может так долго поговорить с таким красивым парнем, как я.

Все трое засмеялись. Салинас по-прежнему не снижал скорости, держа курс на Барселону.

— Послушай, Салинас, мне бы хотелось что-нибудь опубликовать по этому делу, не откладывая, — Алекс явно уже прикидывал в уме свою будущую статью.

— Умоляю тебя, Алекс, только пока ни словом не упоминай о Фонде Фокса. С ним у нас еще много неясного, как бы нам спешкой дело не испортить. — Адвокат сказал это очень убежденно, хотя ему и хотелось сделать что-нибудь приятное для Алекса, желавшего опубликовать что-нибудь сенсационное.

— Ладно, но хотя бы эту сволочь, Салу, — его-то можно приложить? — Алекс нарочно заговорил сначала о фонде, зная, что Салинас будет категорически против упоминания о нем в печати, но рассчитывая, что затем адвокат в чем-то уступит и разрешит ему взяться вплотную за Салу.

— Ладно, прикладывай, — ответив так, Салинас даже немного пожалел в душе посредника, потому что перо Алекса бывало поострее операционного ножа.

— Прекрасно! Оказывается, ты вполне приличный человек, с тобой можно иметь дело. Как бы мне не присудили премию Пулицера за этого жулика-посредника! — Алекс не пытался скрыть своей радости.

А Салинас между тем впадал во все большее уныние — он увидел, как трудно будет ему докопаться в этом деле до самого конца. Адвокат был совершенно уверен, что именно Фонд Фокса — то место, где, по меньшей мере, была задумана вся грязная операция с маслом; более того, что именно оттуда осуществлялась эта афера. Но ему не хватало решающего звена в цепи, а уверенности, что это звено удастся обнаружить, не было никакой.

«Надо бы мне позвонить Корнхиллу в Лондон, попросить разыскать данные о состоянии личных финансов Белли, Ланси, Лафонна и также — это тоже может пригодиться — Салы. Корнхилл — мастер вскрывать даже самые потаенные вклады, уточнять детали о финансовой операции, осуществленной в мире в любом банковском отделении.

Алекс и Кармина говорили о французских сырах, так и эдак смакуя эту тему. А Салинас как одержимый думал о том, как бы поскорее связаться с Корнхиллом и попросить справки, которые могли бы внести ясность в это столь темное до сих пор дело.

«Джон Корнхилл, начальник управления отдела расследования страховой компании «Рамблере», располагает лучшей в мире командой детективов по финансам. Мы с ним старые друзья, и он мне поможет. К тому же, надо думать, бесплатно, — ведь я тоже не раз помогал ему из Мадрида, не требуя даже гроша взамен».

— Выше голову, Салинас! Благодаря публикации в моей газете тебе удастся хотя бы предать гласности часть правды об этой афере — ведь не забывай, что пока люди знают лишь о нескольких жалких козлах отпущения. До сих пор в прессе мелькают только имена Гарсиа, Рольдана и этой пресловутой «Ла Онрадес АО»... — Алекс весь излучал бодрость и оптимизм. — Да, ничего не скажешь: эти люди теперь стали знаменитыми во всем мире — пожалуй, нет ни одной газеты, где бы не появились их имена.

— Да. Но и Сала — всего-навсего марионетка. — Салинас говорил, не скрывая плохого настроения, кривя рот в саркастической усмешке.

— Ну, этот уже не просто марионетка. У него тоже своя корысть в этом деле есть.

— Можно считать, что так.

Кармина не принимала участия в этом обмене репликами. Она глубоко задумалась, словно в голову ей пришла какая-то новая мысль. Наконец девушка сказала:

— Я вот что сделаю: посвящу несколько дней более внимательному чтению этих докладов, с которыми выступали на коллоквиуме. Может, и удастся что-нибудь поинтереснее в них обнаружить... хотя... я даже и не знаю, что об этом думать...

— Но хоть какое-нибудь предположение у тебя есть? — спросил Салинас глухим голосом.

— Да, кое-какие мысли у меня появились. Но сначала надо как следует изучить все эти сообщения, полный их текст мне вручили только в конце встречи. Если что-нибудь прояснится, сразу же тебе сообщу. — Кармина раскурила одну «Голуаз» и глубоко затянулась крепким дымом. — Пока, Лик, могу тебе сказать, что теперь полностью согласна с твоей мыслью: если какому-нибудь ученому удалось добиться серьезных результатов, он не может не сообщить об этом коллегам, пусть это будет и в завуалированной форме. Именно в этом направлении я и собираюсь поработать.

— Может быть, оно и действительно так, — пробормотал Салинас, но теперь уже не так уверенно.

— Так оно и есть! — сказала Кармина, сидевшая на сиденье сзади водителя, и ласково коснулась волос на макушке Салинаса.

Адвокат ничего не ответил, но снова подумал, что никак не может понять, какого же рода отношения установились у него с этой молодой женщиной. И все же ласковое прикосновение Кармины немного вывело его из мрачного настроения, в которое он было погрузился.

Алекс наблюдал за этой сценой, не скрывая усмешки — она его забавляла.